Белая сирень

Высокий, с обветренным простым лицом и заметными уже продольными морщинами над переносицей. Цепко оглядев Ольгу, зачерпнул ковшом воду из ведра и, громко сглатывая, выпил.

– Здравствуйте, Павел, – девушка смутилась от его взгляда.

– Здрасте, – парень сел и начал есть из глубокой тарелки, шумно стуча ложкой и отламывая от буханки хлеба крупные куски.

– А это Оля! – мать Павла осеклась, не зная как продолжить. – Про Полину говорим, – голос её задрожал.

– Из газеты, что ли? – буркнул Павел, отдавая матери пустую тарелку.

– Нет, – девушка смутилась ещё больше. Как объяснить свой приезд, она не понимала. Чувствовала, что должна найти слова, но они, словно нарочно, ускользали от неё.

– Ой, Павлуша, я же в городе носков тебе купила. Сейчас принесу!

Павел поморщился и, когда его мать вышла, навис над Ольгой:

– Вы зачем сюда приехали? Из любопытства? Чего вынюхиваете?

– П-простите, – Оля встала, – я, правда, хочу помочь.

– Чем? Сеструху найдёте? – он оглянулся на дверь и ещё больше понизил голос.

– Это уже не Полина! – потряс ею перед лицом Оли. Затем крикнул матери. – Мне пора! Я твою гостью подброшу до перекрёстка.

– А что же, как же? Чаю бы ещё попили, – мать Павла, прижимая к груди свёрток, грузно осела на табуретку.

– Я после работы приеду, – Павел дождался, когда Ольга смазано попрощается и выйдет, затем плотно прикрыл за собой дверь.

Ольга топталась на крыльце. Парень, не глядя на Олю, швырнул фотографию в жестяной бак и зашагал к калитке. Ольга охнула и тут же выхватила её, окунув руку в сизый пахучий дым.

– Зачем вы так, Павел? – девушка ждала, что парень подаст ей руку, но он легко поднялся в кабину и завёл мотор. Ольге пришлось поднапрячься, чтобы влезть наверх и втиснуться в узкое пространство. Фотографию она положила в сумку, и запах горелой листвы теперь пропитал всё вокруг.

– Как обещал, до перекрёстка подброшу. Скоро автобус поедет, пересядете.

– Почему вы сказали, что на фотографии уже не Полина?

– Что ж ты не отстанешь-то никак? – Павел резко переключал скорости, отчего кабину трясло, и их с Ольгой мотало из стороны в сторону. – Что вы, бабы, за народ? Никак я понять не могу.

– Вы, кажется, жениться собираетесь на одной из нас? – Оля ухватилась за ручку двери, когда, выезжая на дорогу, трактор накренился, выворачивая из колеи.