Белая сирень

Ведь жил да радовался, но нет, по пьяному делу срослось, что сам не понял как. И как-то резво всё понеслось: беременность, родители с обеих сторон, свадьба, будь она неладна. Плохо он, видно, знал своих предков. Надеялся, что лезть не будут. Ведь помог им и дом построить и в ремонт вложился! Разумеется, не просто так. Квартиру хотел за собой оставить. Так и получилось, родители съехали и без звонка не появлялись.

А как Танька его за горло схватила, весь мозг чайной ложкой вычерпали – женись да женись. И ребёнок этот… Нет, Вовка нормальный парень, мужиком растёт, но видел Мезенцев в нём только постылую жену, а не себя.

Чего его понесло тогда на эту Булыкину?! Ведь, ладно бы, красавица, а то – жопа, глаза наглые да гонора вагон.

Мезенцев в сердцах ударил ладонью по рулю. С ней в койку-то на трезвую голову не ляжешь, а лучше вообще на работе дневать и ночевать, чтобы не видеть этих бесстыжих требовательных глаз. Повезло же Генке рыжему, и Толяну из дома напротив: покувыркались с Танькой и свинтили вовремя, а он, дурак, попался.

Хорошо, что один после техникума уехал, а второго в пьяной драке убили. Не приходится теперь глаза отводить при встрече.

Вот и живёшь с этими мыслями, ненавидишь, лопаешься словно высохшая кожа… Ищешь счастья в других, но и они оказываются не теми. Лишь подобием. Сколько же этих женщин было в его жизни? Думать об этом не хочется. А счастье, вот оно, с самого начала цвело рядом. Оля, Оленька, где же ты была? Ты как глоток чистой воды, как дыхание свежего ветра, всё отдам, всё разрушу, только бы быть с тобой…"

"Калитка с писком отворилась, и показался зад Макарова.

Полковник двигался вперёд спиной, с трудом вмещаясь раздвинутыми локтями в проход. Мезенцев дёрнулся было, помочь своему начальнику тащить непонятную ношу, но остановил себя, наблюдая за тем, что будет дальше. Полковник, наконец, вышел. В его руках повисло тело. В сумерках было сложно определить, кому оно принадлежит, мужчине или женщине, но размеры явно указывали на хрупкость телосложения. Сергей отвёл глаза, закусив губу. Опять какие-то разборки. А может, всё до банальности просто – кое-кто напился в гостях у главы администрации и теперь не хочет оказаться в первых строках утренних новостей города. Мезенцеву это было глубоко фиолетово, свои бы проблемы разгрести. Хочешь жить – не лезь в дела вышестоящих, особенно таких как Макаров. Выполняй приказы и не суйся – глядишь, не тронут.

Макаров, пыхтя, возился у задней двери, и Сергею пришлось всё-таки выйти, чтобы помочь.