Белая сирень

Боже, неужели Оля не побоялась залезть сюда в детстве? Так как она была самая лёгкая, мальчишки без труда подсадили её наверх. А она, чтобы не показаться слабачкой, поднялась на самую высоту и потом, как заворожённая, рассматривала окрестности города, пока не заметила бегущего сторожа.

Добравшись до площадки второго этажа, Оля выдохнула и посмотрела на своё отражение в стекле. Оттирая какую-то пакость с лица, она нагнулась ближе. Краем глаза заметила движение и тут же охнула, увидев Гуциева по другую сторону окна.

Последних ступеней она, кажется, даже не коснулась ногами. Спрыгнув на землю, упёрлась руками в землю, смягчая удар, а затем понеслась вперёд, к старым корпусам, отчётливо слыша, как друг о друга стучат собственные челюсти.

24

Самое глупое занятие – это делать что-то, не представляя конечного результата хотя бы отдалённо. Ольге хватило нескольких секунд, чтобы понять, что она загнала сама себя в ситуацию, из которой не представляла выхода. Времени на раздумья не было, оставалось лишь надеяться, что ей удастся оттянуть момент неминуемой расплаты за собственную глупость.

И пусть её тело предательски дрожит, очевидным остаётся только одно – она будет сражаться за свою жизнь до последнего. В запасе есть несколько минут, которые отделяют её от преследователей, осталось найти лазейку, забиться в неё и ждать в надежде, что другим людям будет небезразлично её исчезновение."

"Лавируя между штабелей досок и сложенными в человеческий рост кирпичными пирамидами, девушка, наконец, добежала до одноэтажного здания с заколоченными окнами и дверями в ряд.

Дёргая поочерёдно за ручку каждой, Оля с ужасом поняла, что всё так просто не закончится. Обогнув здание, она заметила два подвальных окна ниже уровня земли на приличном расстоянии друг от друга. Не теряя времени, девушка спрыгнула в первый приямок, ободрав основание ладони о разбитую каменную облицовку. Толстое оконное стекло зияло дырами, явно недостаточными для того, чтобы Оля могла пролезть в них. Пришлось несколько раз ударить ногой по раме, рискуя порезаться и, что пугало больше всего, выдать своё присутствие, но ничего больше Оля придумать не успевала. Когда осколки посыпались вниз, она не стала ждать, а тут же нырнула внутрь. Свитер зацепился за гвоздь, и от этой помехи девушку окатило новой волной липкого ужаса, словно её враги уже добрались до неё, и их руки крепко ухватились за одежду. Ничего не видя перед собой, Ольга кинулась в тёмный провал, надеясь не расшибиться.