Белая сирень

– Ты же опытный мент, Макар, сам-то как считаешь?

– Да я до последнего думал, что это наш Гера наследил! Сам бы его пристрелил, чтоб не мучился и других не мучал.

Герман с шумом выдохнул. Послышалось скрежетание его зубов.

– Я, Гера, не шучу! Эти твои заскоки мне порядком уже надоели. Каждый раз не знаешь, чем твоя херня закончится. Как-будто это ты меня вот сюда, – Степан постучал себя по голове, – имеешь. А я не люблю, когда мне мозг трахают!

– Макар, по делу! – поторопил Гуциев.

– Если бы этот старый пьянчуга не приходил в отделение, а просто где-то кому-то рассказал о мёртвой бабе, можно было бы его в оборот взять.

Но он и на камерах зафиксирован, и народ в это время рядом топтался. Чтобы прекратить лишние разговоры, я велел ребятам съездить и проверить. Не отслеживал, конечно. Что теперь по каждому пьяному выхлопу, которому померещилось, зря служебную машину гонять? Так утром и не нашли ничего. Успокоились. А вот, поди ж ты… Сволочная ситуация.

– Ты умный мужик, Макар, думай. От девки надо избавиться.

– Она свидетель… – Макаров вытащил из урны бутылку. – Сколько у меня времени?

– Я понятия не имею! – Гуциев взглянул на часы.

Зазвонил телефон. Каждый быстро достал свой, не прислушиваясь к вызову. Макаров потряс «Самсунгом», призывая к тишине.

– Да, слушаю! – раскатистый баритон Степана растёкся по кабинету начальственными нотками. Собеседник на другом конце был краток. Полковник хмуро оглядел друзей и нажал кнопку сброса.

– Эта тварь решила поиграть. Гриша прав, надо избавиться от неё.

20

Если прислушаться к тому, о чём говорят люди вокруг, и на минуту забыть о том, где находишься, то по большому счёту понимаешь, что всех волнуют одни и те же вещи. И нет никакой разницы – большой ли это город, или глухая провинция. Разговоры о работе, зарплате, еде и детях, о политике и зажравшихся поп-исполнителях, неадекватных соседях и смутном будущем. Редко вдруг кто-то поделится информацией о прочитанной книге или впечатлившем фильме.

Но лучше не прислушиваться, не давать неспешным обыденным разговорам и действиям людей вовлечь себя в их нормальную повседневность.

Это может оказаться хитроумной игрой, правил которой ты не знаешь, а времени на подготовку у тебя просто нет.

Стоя в нескольких шагах у перекрёстка в центре Чудова – города, в котором она родилась и выросла, Оля не ощущала твёрдости под ногами. Всё, что она знала и имела, считая своим, оказалось лопнувшим шариком, чья красочная резиновая основа сейчас лежала у ног.