Белая королева

 — Но ведь можно оставаться доброй сестрой Эдуарду и Георгу, даже являясь могущественной герцогиней Бургундской, не правда ли? Зато мы будем знать, что есть по крайней мере одна страна, на которую мы всегда можем рассчитывать как на самого верного сторонника. Мы будем помнить, что в этой стране есть одна прекрасная герцогиня, которая до последней капельки крови предана Йоркам. Ты можешь отправиться в Бургундию и родить сыновей, которые станут наследниками дома Йорков.

— Думаешь, у меня получится основать за морем новую династию Йорков?

— Конечно! Ты создашь там новую ветвь, — заверила я Маргариту.

 — И нам будет очень приятно, что в Бургундии у нас есть ты. Мы будем часто наведываться к тебе в гости.

Маргарита постаралась мужественно воспринять все, что последовало за этим объяснением, и Уорику, надевшему очередную фальшивую маску, пришлось сопроводить ее в порт Маргит. Мы помахали на прощание нашей маленькой герцогине, и сердце мое сжалось, поскольку я прекрасно понимала, что собственными руками услала самого любящего, самого преданного, самого надежного из всех этих Йорков, из всех братьев и сестер Эдуарда, включая неверного Георга и мальчишку Ричарда.

Зато Уорику я — с помощью своей семьи — нанесла очередное поражение. Он ведь обещал Людовику, что Маргарита выйдет замуж за французского принца, однако был вынужден лично доставить ее ко двору герцога Бургундского. Уорик планировал заключить с Францией союз, утверждая, что по-прежнему держит в руках бразды правления и отвечает за то решение, которое будет принято Англией.

Однако благодаря браку Маргариты с Карлом мы еще более укрепили родственные отношения с королевской Бургундской династией, к которой принадлежала моя мать. Теперь каждому стало ясно, что Англией управляет семейство Риверсов и к их мнению прислушивается сам король. Вспоминая, с каким лицом Уорик принял новость о браке Маргариты — словно съел лимон! — я посмеивалась исподтишка над тем, как нам удалось его пересилить. Я была совершенно уверена, что уж теперь-то мы пребываем в полной безопасности от его честолюбивых и злокозненных устремлений.

ЛЕТО 1469 ГОДА"

"Увы, я ошибалась. О, как сильно я ошибалась! Мы оказались вовсе не так уж сильны, во всяком случае сильны явно недостаточно. Конечно, мне следовало быть осторожнее и более тщательно продумывать свои действия. Именно мне в первую очередь нужно было помнить о том, как Уорик ревнив и злопамятен, ведь я боялась его еще до нашего знакомства.