Белая королева

Герцог Ричард ничего не смог поделать, и ему пришлось принять точку зрения лордов. Милорд Гастингс думает, что ваши брат и сын будут освобождены сразу после коронации.

— И что, герцог Ричард пойдет с нами на мировую?

— Милорд полагает, что герцог весьма сильно настроен против всей вашей семьи, ваша милость. Ричарда чрезвычайно раздражает ваше влияние в стране. Однако он верен юному королю во имя его отца, покойного короля Эдуарда. Милорд считает, что вы можете быть совершенно уверены: принц Эдуард будет коронован.

Я кивнула.

— Передай ему, что я с радостью встречу этот день, но пока останусь здесь. У меня есть еще один сын и пять дочерей, пусть лучше они пребывают в полной безопасности рядом со мной. К тому же я по-прежнему не доверяю герцогу Ричарду.

— Милорд Гастингс как-то обмолвился, что и вы, ваша милость, никогда не вызывали у герцога особого доверия. — Шор склонилась передо мной в глубоком реверансе и даже голову опустила, понимая, как оскорбительно прозвучала эта фраза. — Гастингс также велел сказать, что в одиночку вам с герцогом Ричардом не справиться.

Что вам так или иначе придется с ним договариваться. А еще он просил сказать, что поскольку именно ваш муж сделал герцога Ричарда лордом-протектором, то и Королевский совет, безусловно, предпочтет его влияние вашему. Простите, ваша милость, но это все слова милорда; это он велел мне напомнить: очень многие не любят ваших родственников и хотят, чтобы молодой король освободился от влияния своих многочисленных дядюшек, а все Риверсы были смещены с занимаемых ими постов; якобы многие заметили также, что вы обокрали королевскую казну и унесли с собой в убежище не только сундук драгоценностей, но и большую королевскую печать. Кроме того, всем известно, что ваш брат, лорд адмирал Эдвард Вудвилл, вывел в море весь флот.

Я скрипнула зубами. Все это имело целью оскорбить меня и мою семью, но направлено было, прежде всего, против моего брата Энтони, который всегда оказывал на юного Эдуарда куда большее влияние, чем кто бы то ни было, и любил его, как родного сына, а в настоящее время из-за него оказался в тюрьме.

— Можешь передать сэру Уильяму: герцог Ричард должен немедленно и без предъявления каких бы то ни было обвинений освободить моего брата! — гневно заявила я. — А Королевскому совету следует помнить о правах семейства Риверс и о правах королевской вдовы. Я все еще королева. Эта страна не раз видела, как королева способна сражаться за свои права. Поэтому пусть все считают, что я их предупредила.