Ты моя одержимость

- Зачем тебе этот дедуган?

- Благодарю, - кивком приказываю помощнику убраться и продолжаю: - Познакомься, Глеб, это профессор Розенфельд, один из лучших специалистов по гипнозу в мире. Он проведет здесь сеанс.

- Чего? - кривится. - Ну нет, я в своей башке копаться не дам.

- Этого и не требуется. Профессор Розенфельд займется мной, а у тебя другая задача. Если что-то в его поведении или в процедуре покажется подозрительным, стреляй.

- Тимур, ты на приколе?

Профессор проходит вперед, сохраняет полное спокойствие и бровью не ведет.

- Глеб, ты меня понял.

- Дед готов сдохнуть?

- Я привык, что мои клиенты используют различные меры предосторожности, - заключает Розенфельд.

- Начинайте, профессор, - говорю я.

Давно пора узнать, что я делал в ту ночь.

+++

- Если он спец по гипнозу, то я продюсер, - заявляет Резник. - Ничего личного, дедуля, но по ходу я бы справился гораздо лучше вас.

Дьявол раздери, это занимает гораздо больше времени, чем я думал. Бах - и готово. Вот чего я ждал. Пара фраз, щелчок пальцами, какая-нибудь хренота, волчком вертящаяся перед глазами.

- Не каждый человек поддается гипнозу, - замечает Розенфельд, когда очередной прием не срабатывает.

- Запомню эту отмазку, - хмыкает Резник.

- Вы же подписались на сделку, - цежу я, скрежеща зубами. - Так в чем проблема? Бабло не вопрос. Вперед. Давайте поживее.

Такими темпами экспертизу видео сделают раньше, чем я вспомню ту гребаную ночь. Но здесь мало технических результатов. Я хочу докопаться до сути.

Девчонка же мне понравилась. Точно понравилась. Не могла не понравиться. Я себя знаю. Я бы такую не упустил. Да и на фотках все очевидно было. Я над ней коршуном навис.

Ну так может я ее и не отпустил. Может я ее... под наркотой совсем ошизел и потерял берега.

Почему нет? Рабочий вариант. Чего я тогда только не принимал. Мог вполне выжрать экспериментальную дрянь.

Муторно от одной мысли. Тошно. Взвыть охота.

Я покалечил свою девочку. Я! И винить больше некого. Сам накачался токсичным дерьмищем, отрубил все предохранители и сорвался. Почти убил, изувечил ту, ради которой теперь собственный хребет рад через глотку выдернуть.

Я часто рожи начищал. Под кайфом. Разбивал кулаки в кровь и ни черта не помнил. Когда сцепился? С кем? Но я бился с мужиками.