Бегущий в Лабиринте (Трилогия)

Не станешь умолять меня вернуться к ПОРОКу?

– Понятия не имею, о чем ты. – Тереза помолчала. Казалось, она усмиряет гордыню и гнев. – Прошу тебя.

Томас глядел на Терезу, пытаясь разобраться в своих чувствах к ней. Тем временем подошла Бренда. Присутствие Терезы ее явно нервировало.

– Ну, что скажешь? – поторопила Тереза и обвела рукой окружающих. – Здесь много не навоюешь, остается ждать. Ты не слишком занят, надеюсь? Уделишь мне минутку?

Томас чуть не закатил глаза. Указав на пару стульев в углу, он пригласил Терезу жестом.

– Поговорим. Только быстро.

Глава сорок четвертая

Минхо сразу предупредил: дескать, не слушай Терезу, однако Томас все равно присел на стул, сложил руки на груди и уперся затылком в стену. Тереза опустилась напротив, подтянув под себя ноги.

– Итак, – начала девушка.

– Итак, – словно передразнивая ее, повторил Томас.

– С чего начнем?

– Поговорить – твоя идея, вот ты и начинай. Если сказать нечего, сразу и разойдемся.

Тяжело вздохнув, Тереза парировала:

– Может, оставишь ненадолго сомнения и перестанешь паясничать? Да, в Жаровне я творила ужасные вещи, но в конечном-то итоге все было во благо.

Выдержав небольшую паузу, Томас наконец ответил:

– Ладно, поговорим. Но ты бросила меня в лаборатории ПОРОКа, а значит…

– Том! – вскричала Тереза так, словно ей залепили пощечину. – Мы не бросали тебя! О чем ты вообще говоришь?!

– Нет, это ты о чем говоришь? – искренне возмутился Томас.

– Не мы бросили тебя! Ты бросил нас! Мы улетали последними. Только и разговоров было о том, как вы с Ньютом и Минхо вырвались на волю и засели где-то в окрестном лесу. Мы искали вас, но не нашли. Я даже начала верить, что вы каким-то образом добрались до цивилизации. Почему, думаешь, я так обрадовалась встрече?

В груди у Томаса вновь закипел гнев.

– По-твоему, я поверю в этот бред? Ты стопудово знаешь, что Крысун наплел: типа ПОРОК во мне нуждается.

Тереза ссутулилась.

– По-твоему, я – средоточие вселенского зла? – Не дожидаясь ответа, она продолжила: – Если бы ты вернул себе память, как того требовала процедура, то убедился бы: я все та же Тереза, какую ты знал. Да, я жестоко обращалась с тобой в Жаровне и с тех пор всячески пытаюсь загладить вину.

Томас вдруг понял, что больше не может на нее злиться. Тереза ведет себя вполне искренне.

– Я не могу верить тебе, Тереза. Не могу.