Бегущая могила (ЛП)

И-Цзин или Книга Перемен

Во время обеда Страйк прилагал нехарактерные для него усилия, чтобы выглядеть веселым, и терпел своего шурина и старшего племянника с таким изяществом, какое редко проявлял раньше. После обеда он не спешил уходить, а оставался до тех пор, пока дождь не утих, и тогда вся семья вышла в сад и наблюдала, как Люк, Джек и Адам играют со своими луками Firetek, и даже притворился веселым, когда Люк, вопреки ожиданиям Страйка, разрядил свой дротик в лицо дяди, чем вызвал смех Грега.

Только выйдя из дома, Страйк позволил своему лицу расслабиться, утратив решительную ухмылку, которую он носил большую часть последних двух часов. Решительно отказавшись от предложения Люси подвезти его, он шел к станции под серым небом, размышляя обо всем, что только что услышал.

Страйк был психически устойчивым человеком, пережившим множество неудач в своей жизни, в том числе и потерю части правой ноги. Одним из инструментов самодисциплины, выработанным в юности и отточенным в армии, была привычка к замкнутости, которая редко подводила его, но сейчас она не срабатывала.

Эмоции, которые он не хотел испытывать, и воспоминания, которые он обычно подавлял, нахлынули на него, и он, ненавидевший все, что отдавало потаканием своим желаниям, направился обратно на Денмарк-стрит в такой глубокой задумчивости, что едва замечал проплывающие мимо станции метро и чуть не опоздал с осознанием, что уже находится на Тоттенхэм-Корт-Роуд.

К моменту возвращения в свою чердачную квартиру он чувствовал себя таким мрачным и несчастным, каким не был уже давно. Поэтому он налил себе двойную порцию виски, заправил вейп, сел за кухонный стол и уставился в пространство, попеременно пригубляя виски и выдыхая пар в сторону продуваемого сквозняками окна.

Он редко испытывал такую злость на свою мать, как сегодня. Она умерла от случайной передозировки, когда Страйку было девятнадцать лет, и Страйк до сих пор верил, что наркотик ввел ее гораздо более молодой муж.

В ответ на эту новость он бросил университет и поступил на службу в военную полицию — решение, которое, как он знал, его нетрадиционная мать сочла бы одновременно необъяснимым и в чем-то комичным. Но почему? — спрашивал он себя, обращаясь к Леде. Ты же знала, что мне нужен порядок, границы и жизнь без бесконечного хаоса. Если бы ты не была такой, может быть, я не был бы таким, какой я есть.