Барышня ищет разгадки (СИ)

Сейчас же предполагалось сделать что-то подобное, и для того — выспаться, но он вроде бы сделал это, и хорошенько поесть, что тоже не самое сложное в мире.

— Что нужно-то? — Пантелеев уже готов бежать, только что не за рукав теребит."

"— Вам, Семён Игнатьевич — сидеть в засаде и ждать. Потому что наш некромант может появиться не в одиночку, может оказаться осторожным и сначала осмотреть место действия из пространства теней, да и вообще бог знает, что там может быть. Один противник не насторожит так, как явная засада.

— Ясно, — закивал Пантелеев.

Так же внятно кивнули Савицкий и трое магов от Болотникова.

Один некромант и пятеро универсалов — должны справиться.

И вот он стоял у обочины — один. На ладони, освобождённой от перчатки, лежал камешек, с виду — обычный, но на самом деле на него было кое-что наколдовано, Соколовский сделал это сегодня на закате. И камешек этот ни много ни мало создавал сильнейший зов — в первую очередь для того, кого хотели увидеть.

Если это будет один некромант — ничего сложного. Но его могут не отпустить в одиночку, и тогда может понадобиться помощь. Впрочем, увидим.

И что же? Как в воду глядел. Где-то впереди зацокали копыта — осторожно, потому что лёд. Но если копыта — то где наш некромант? Тоже верхом?

Точка приближалась, приближалась… и стало понятно, что там телега, запряженная парой, и никакого некроманта в ней нет.

И где же он?

В телеге сидели трое, и все они были — простецами. Ни одного мага. Но какой-то магический фон ощущался, и ощущался несомненно, артефакты, что ли?

А некромант проступил ровно в тот момент, когда телега подобралась на расстояние пистолетного выстрела. Проступил сзади, за деревом, чтобы увидеть его, пришлось сунуть камешек в карман, шагнуть в снег и обернуться.

Щупальце, удар… и тут этот чёртов дурак снимает с себя амулет. Толкает его себе в карман, и неразборчиво бормочет не пойми что.

Впрочем, слова внезапно оказались не важны, потому что Соколовский ощутил, как начал пробуждаться, глухо ворочаясь, здешний погост. Ва-а-ашу мать!

— Пантелеев, обезвредить телегу, не убивать, но и не жалеть, — скомандовал он в зеркало. — А после готовиться отражать атаку обитателей погоста.