Батюшка. Кулак и крест

– Доброе утро, Дарьюшка, – с улыбкой ответил отец Василий, растираясь единственным полотенцем, которое у него было и для тела, и для лица. – Благослови тебя Господь.

– Спасибо, батюшка, – поблагодарила женщина, подавая священнику сложенные стопочкой рясу и подрясник.

Дарья старательно отводила глаза, чтобы не смотреть на красивое крепкое тело отца Василия с капельками влаги на широкой груди и раскрасневшееся от зарядки и растирания полотенцем.

– Когда же ты все успела-то, Даша? – спросил отец Василий, принимая свое повседневное облачение.

– Ой, да что вы, – засмеялась Даша, – я уже и к четырем часам на утреннюю дойку сбегала с бабами, вам погладила и огород успела прополоть. Я бы раньше пришла, если бы знала, что вы так рано встаете.

– Кто рано встает...

– Тому Бог подает! – закончила поговорку женщина.

– Вот то-то, – согласился священник. – Ну, ладно, пойду облачаться.

– Батюшка, погодите, – попросила женщина смущенно. – Тут ко мне люди приходили, просили с вами поговорить.

"– Конечно, – искренне удивился отец Василий. – Венчать пока не могу, причащать тоже. А если больные кто есть или освятить что, то можно. А что же они через тебя-то, сами могли бы подойти со своими нуждами.

– Стесняются, – просто заявила Даша. – Столько лет уже без батюшки, отвыкли немного. Да и новый вы человек у нас.

– Это ты, Даша, скажи, чтобы бросили. Священник он всегда и везде священник. Пусть приходят, когда нужно, и не думают.

Женщина закивала головой и, бросив смущенно, что если чего нужно помочь, постирать там или чего еще, то пусть батюшка, мол, скажет, она все сделает, убежала. За спиной раздался скрипучий смешок Кузьмича. Длинный, как всегда, с нечесаными всклоченными волосами, заведующий клубом подходил к священнику.

– Хорошая она баба, только несчастная, – прокомментировал он, поглядывая Дарье вслед.

– Отчего же несчастная? – не понял отец Василий. – Оттого, что не замужем до сих пор?

– Была она замужем, да дело не в этом.