Батальон, к бою!

Коль даст приказ нам мать императрица,Пойдем стеной, сметая все с путиШтыком и пулей, саблей и гренадой.Врагу России целым не уйти!Ревели глотки егерей.

– Смирно! Равнение направо!

Мерный топот ног и сотни обращенных глаз на ту, которую они зовут матушкой императрицей. У них, у русских солдат, навсегда оторванных при рекрутчине от отчего дома и от своих матерей, теперь была одна на всех общая и беззаветно любимая матушка государыня, вот она, та, что сейчас смотрит на них с высоты трибуны. «Бум! Бум! Бум!» – твердо печатая шаг, шли роты особого отдельного батальона егерей.

Хлопнул в ладоши один, второй, третий зритель, Екатерина улыбнулась и тоже ударила в ладоши, а потом все эти сотни людей на трибунах и тысячи стоящих вокруг них разразились громом аплодисментов, приветствуя егерей-волкодавов.

Батальон протопал мимо трибун и занял свое место на общем построении. После прохождения всех подразделений императрица в присутствии Иосифа II, Потемкина и дюжины генералов начала обход всех войск.

– Подите-ка сюда, сударь, – с улыбкой позвала она подполковника. – Изрядно же вы меня порадовали на сегодняшних маневрах. Тот бой, который вы нам показали, пусть и не по сценарию пошел, но, однако же, вот так даже и лучше было. Хорошо охранную службу в пути несли, а это многие из путешествующих изволили заметить.

Вслед за императрицей дружно смеялась и вся свита, Егоров позволил себе лишь легкую и вежливую улыбку.

– Хороший это командир, Григорий Александрович, – кивнула на подполковника Екатерина. – А не нужны ли нам и при столичной гвардии егеря? Полагаю, что надобно подумать, гвардейская пехота и кавалерия у нас имеются, а вот егерей почему-то в ней нет.

– Ну что, подполковник Егоров, а нет ли у тебя желания в Санкт-Петербург переместиться с этого дальнего южного Буга?

– Никак нет, ваше величество! – гаркнул во весь голос Лешка."

"– Что-о? – с каким-то детским удивлением, хлопая глазами, произнесла императрица, как видно, совершенно не ожидавшая такого ответа.