Бастард

А на большую серебряную монету можно питаться целую неделю — если без особых изысков.

Подумал, подумал… и развернулся в обратную сторону. Неужели я не заслуживаю хорошего ужина? После сегодняшних-то трудов. Да и вина хорошего можно выпить, а то на душе все-таки как… как вороны нагадили. Нет, я ничуть не жалею, что грохнул троих придурков, но все-таки… Хочется смыть кружкой вина картинку того, как отрубленная голова смотрит на меня и моргает, будто пытаясь понять, что с ней случилось."

"Идти пришлось совсем недалеко — метров пятьсот, не больше.

Прежде чем туда пойти, я нацепил на себя знак Академии, иначе в такой одежде могут и не пустить. А вот студента моего заведения точно пустят. Так все и вышло. Завидев меня, швейцар с полупоклоном открыл передо мной дверь, придерживая ее, пока я не вошел.

Нет, я совсем не против сферы обслуживания, и не испытываю никакого презрения к швейцарам, вахтерам и официантам. Работа, как работа, если умеешь делать только ее — почему бы и нет? Я бы не смог, они могут — так это жизнь. Каждому свое! Кстати сказать, я и к проституткам отношусь вполне лояльно — ну хотят они это делать, умеют, спрос на их услуги есть — да пусть работают! Тысячи лет существовала проституция, так теперь что, издали указ «Отменить!» — и она взяла, да и исчезла? Глупости какие.

Внутри трактира прохладно, чисто, стены оклеены обоями и украшены картинами — точно, настоящий ресторан! Ко мне спешит администратор (или как он тут называется — не знаю).

— Господин желает поужинать?

Нет, ну а для чего еще я сюда пришел? Сплясать тарантеллу? Видимо поняв глупость своего вопроса, и видя, что я как бы подвис на пару секунд, администратор приходит мне на помощь:

— Где желаете сесть? Рядом с площадкой для танцев? Или место потише? Можно на балконе, там и видно все, и не так музыка мешает.

— А будет музыка? — удивляюсь я.