Башня - два

Генерал вскинул руку, голос его прогремел как фанфары:

— Приказ по группам первого броска!.. Сегодня в восемнадцать тридцать собрать всех младших офицеров в большом ангаре. Поступит важный приказ, которого все мы ждем. Будет указан час выступления.

Один из офицеров поднял руку, как на школьном уроке:

— День выступления уже высчитали: признаков много. Но нам запрещается покидать даже свои помещения. А это такие казематы…

Генерал засмеялся:

— Если это единственное, что вам мешает жить, то это скоро кончится.

В вашем распоряжении будет не только вся Москва, но и весь мир! Мир без границ, без таможен, без нелепых формальностей, без необходимости иметь кучу документов… Это вы сделаете его таким!

Изображение разрослось на весь экран. Плечи Олега поднялись и опустились. Юлия услышала тяжелый вздох. Она неслышно поднялась, ее босые ноги скользнули неслышно, но Олег не вздрогнул, когда она сзади обхватила его за шею.

— Кто это?

— Кропоткин, — ответил он, не поворачиваясь.

Изображение дернулось, понеслось в обратную сторону, словно при скоростной перемотке пленки.

Похоже, — подумала она смятенно, — он все-таки как-то сканирует изображение даже на такой скорости. Иначе сразу бы ткнул в нужное место, это же на харде, не на пленке…

— Ага, — сказала она. Навалилась мягкой грудью, пощекотала губами. — Кропоткин… Тот самый Кропоткин, понятно… А кто такой Кропоткин?

Не поворачиваясь, он цапнул ее за подол платья. Она пошатнулась, розовые камни слились в цветную полосу, она не заметила, как очутилась у него на коленях.

Спина ее уперлась в край стола, загораживая экран.

— Ты, в самом деле, хочешь знать?

— Разве я не с тобой?

Он погладил ее по спине. Она не видела его лица, но сердце сжало, словно холодной ладонью. От него впервые веяло такой тревогой, даже страхом.

— Правая рука Яфета, — обронил он нехотя. — Самый преданный сторонник. Самый главный исполнитель.

Глава 28

— Скажи еще, — попросила она.

— О чем?.. А-а, у тебя большие выразительные глаза… еще у тебя большие ухи… тьфу, я хотел сказать — уши…

Она засмеялась:

— Тебе повезло, я — феминистка, помнишь? Меня оскорбляют даже более умелые комплименты.

Все-таки расскажи о своей работе. Я до сих пор так и не поняла, то ли ты простой исполнитель — вон как бегаешь и стреляешь!.. то ли почти генерал — кредитки в бумажнике не помещаются! Однако чем вы занимаетесь, для чего? Если вы не работаете на государство, то на кого… на мафию? Да, я поняла — на Семерых Тайных.