Баронесса. Эхо забытой цивилизации

А может, даже опаснее — кто знает, не обрушатся ли её стены под натиском этой силы. Те, кто останется внутри, могут погибнуть под обломками.

— Нужно отходить… — тихо шепчу я. Люди вокруг приходят к тому же выводу. Я замечаю, как некоторые родственники короля начинают отступать, пытаясь пересечь реку там, где она была наиболее мелкой.

Они понимали, что Наследник Севера пришёл за Его Величеством, а не за ними.

— Ваша Светлость, мы должны уходить, — личная стража герцога Юстариона вышедшая с ним, всего двое человек, пытаются увести пожилого мужчину, который выглядит потрясённым и напуганным.

Далеко Его Светлость точно не убежит — не в его возрасте и не с его комплекцией.

А на скале тем временем появляются первые северяне.

Впереди идёт высокий мужчина в лёгких доспехах. Он выглядит молодо, моложе Теодена, и движется легко, уверенно. В его движениях нет ни спешки, ни нервозности, будто сейчас не решается вопрос жизни и смерти.

Одно лёгкое движение его руки, и груда обломков перед северянами сметается в сторону, освобождая путь, словно булыжники не тяжелее пера.

Глупо, наверное, думать о таком в момент перед смертью. Но я всё же радуюсь, что северяне вышли из того коридора. Что они больше не ломятся в дверь убежища.

Это значит, что мои близкие и любимые больше не под угрозой.

— Держать строй!

Стражники стоят прямо передо мной, обложившись щитами, спрятав нас за своими спинами. Но их слишком мало. Я замечаю, что они дрожат. Боятся. Одно движение руки Наследника Севера — и их сметёт в сторону, словно они ничего не весят.

А затем настанет наша очередь.

— Нужно уходить, Ваша Светлость, — вновь повторяют стражники герцогу Юстариону.

— Поздно, — отвечает пожилой мужчина. — Слишком поздно...

Вдалеке слышится истошное ржание лошади и грохот копыт. Но мы не обращаем на это внимания, следя за тем, как группа северян становится всё больше и они медленно спускаются со скалы.

Дерево, стоящее у них на пути, с корнем вырывается из земли и отлетает в сторону.

"Единственное, что я слышу, — грохот собственного сердца и судорожное дыхание стражников.

А затем рядом с северянами падает стрела.

— Подкрепление, — шепчет рядом со мной Эмиль Джеро, и я оборачиваюсь туда, куда смотрит он.

Солнце ослепляет меня на секунду, но вскоре я замечаю силуэты.

Один. Второй. Десятый.

От всепоглощающего облегчения мне хочется упасть на землю.