Баронесса. Эхо забытой цивилизации

Вокруг кипела жизнь: множество повозок, всадники спешивались, собираясь в группы, пока люди Его Светлости подготавливали небольшую экскурсию по производству. Терезийцы находились, конечно, в отдельной группе, и там же был Теоден Дрейгорн.

Кайрос подал мне руку, и, когда я спустилась, уже не отпустил её. Напротив, молча, решительно направился вместе со мной в сторону барона Марлоу и его семьи. Фиррузы д’Арлейн не наблюдалось — посещение производства было не обязательным, и на такие экскурсии ездили, как правило, наиболее деятельные представители делегации и сопровождения.

Муж держал голову прямо и никак не демонстрировал обиды, хотя я понимала, что происходящее с утра невероятно ранило его. Кайрос учтиво пропускал меня вперёд и даже нежно поправил на мне тёмную нарядную накидку — сегодня было ветрено."

"— Надо же, вы прямо от своей жены не можете оторвать рук, — ехидно протянул лорд Пэпин, которого я на дух не переносила. Для семьи Марлоу он был настоящим паразитом.

— Уверяю вас, подобного больше не произойдёт. Наше с Талирой счастливое время только начинается. Я буду управлять баронством железной рукой. И баронство, и Синюю Трясину ждут десятки лет процветания и благоденствия.

— Уверен, Ваша Милость, — довольно осклабился лорд Пэпин. — Я готов оказать вам и вашей жене любую поддержку, вы же знаете.

Поддержку? Этот мужчина был способен на невероятно глупые деловые решения, и единственной нормальной стратегией было бы никогда не связываться с ним.

Но браслет на него молчал — лорд Пэпин не представлял опасности для здоровья. Только для финансов.

На каком-то зверином уровне я почувствовала долгий, злой и напряжённый взгляд. Обернулась — герцог Дрейгорн почти не отрываясь смотрел на меня, точнее, на руку Кайроса, которая всё ещё лежала на моих плечах после того, как он поправил накидку.

Его Светлость больше не изображал равнодушие и явно сгорал от ярости.

А я… вспомнила прошлую ночь. То, сколько раз я теряла контроль. И герцог… тоже его терял. Воспоминания о той нашей совместной беспомощности никогда меня не отпустят.

К моим щекам прилила кровь, и я смущённо опустила глаза, пытаясь вновь сосредоточиться на разговоре между Марлоу и Кайросом.

В какой-то момент вся группа разделилась.