Смотрящий по России

Знаю я вашу звериную натуру!

— Ты ведь тоже не ангелом родился, — сдержанно напомнил Дюжев.

Беспалый улыбнулся:

— Есть такое дело. С волками жить, по-волчьи выть.

— Так с чем ты пришел ко мне, Тимофей? — настроился Андрей Миронович на деловой лад.

От Беспалого не ускользнуло и то, что Дюжев, как бы невзначай, отступил на два шага, не забывая поглядывать на руки гостя. Идеальная дистанция, чтобы держать оборону. Опрокинул под ноги нападающему стол, и будет вполне достаточно времени, чтобы извлечь ствол из кармана.

Тимофей Егорович широко и добродушно улыбнулся:

— Ладно, не напрягайся, Андрей. Неужели ты думаешь, что я могу поднять на тебя руку? — обиженным тоном проговорил Беспалый. — И это после всего того, что нас связывает! Ты мне лучше скажи, получил ли ты от меня письмо? Я вот не дождался ответа и решил сам нанести тебе визит.

— Получал, — отвечал Дюжев.

— И что же ты на него ответишь?

Андрей Миронович отрицательно покачал головой:

— Мне нечего тебе сказать.

— Хм… Вот оно как! Ты меня разочаровал.

Боковым зрением Тимофей Егорович успел заметить, как Дюжев повел рукой, словно отмахивался от сказанных слов. Но сделал он это немного резче, чем следовало бы в подобном случае. Беспалый, развернувшись, сунул указательный палец в правый карман и, зацепив им за скобу пистолета, выдернул его наружу. Оружие мгновенно оказалось в его руке, и он привычно нажал на спусковой крючок.

Грохнул выстрел. Голову Дюжева резко тряхнуло.

Подняв оружие, Тимофей Егорович поставил пистолет на предохранитель. Ствол оказался именной, в рукоять была впаяна небольшая хромированная пластинка, на которой была выгравирована надпись: «За проявленный героизм в борьбе с „лесными братьями“ в Прибалтике Дюжеву Андрею Мироновичу от министра государственной безопасности СССР, генерал-полковника В.

Надев перчатки, он подошел к шкафу, выдвинул ящики. Поковырялся в ворохе бумаг. Все не то! Распахнул дверцу шкафа — на пол полетели простыни, наволочки.

Где же оно может быть?

Беспалый осмотрелся.