Смотрящий по России

— Нам применить силу или ты все-таки расскажешь все добровольно? — спросил Тарантул. — Ослабьте ему горло, кажется, наш друг пытается что-то сказать.

— Вы напрасно меня подозреваете, я чист, — задыхаясь, произнес Макс.

— Это мы сейчас проверим. Вколи ему раствор! — распорядился Тарантул.

— Чем вы меня дурите? — спросил Макс, глядя на шприц.

— Хм, занятно. Тебя волнуют такие подробности? Чувствуется настоящий профессионал… Барбамил! Если тебя так интересует.

Лепила уверенно ввел иглу в вену и медленно принялся вводить раствор.

Укол оказался необычайно болезненным. Казалось, что боль ударила в каждую клетку. Был момент, когда Максу показалось, что он теряет сознание. Стиснув зубы, он постарался противостоять наркотическому воздействию, сосредоточившись на крупной блестящей заколке на галстуке Тарантула. Но неожиданно ее контуры стали размываться, с каждой секундой теряя четкость, пока наконец не превратились в неясное пятно. Так бывает, когда на картину, написанную акварельными красками, попадает вода. "

"Язык его вдруг отяжелел, сделавшись огромным. Такое впечатление, что во рту переваливалось целое бревно. А вместе с общей слабостью Макса вдруг одолела нестерпимая сухота. Сейчас бы водички, чтобы смочить губы, еще через мгновение Макс мягко провалился в бездну. Он осознавал, что состояние апатии продлится совсем недолго, после чего должна наступить эйфория, а вместе с ней нагрянет безудержная болтливость. Нужно было на чем-то сосредоточиться, только так можно было противостоять «сыворотке правды».

Тарантул доброжелательно улыбнулся:

— Итак, я задаю тебе первый вопрос, что ты за человек?

Голос Тарантула прозвучал незнакомо, будто издалека. Но это было не так, Константин Игоревич Друщиц находился на расстоянии вытянутой руки, имей Макс возможность, так непременно бы потрогал его. Но скоро в сознании Макса произошли какие-то перемены — неприязнь, что он испытывал по отношению к Тарантулу изначально, вдруг неожиданно испарилась, а ее место вдруг заняла доброжелательность и всепоглощающее благодушие.

Рядом стоял милейший человек, перед которым хотелось вывернуть душу наизнанку.

Макс поднял голову и увидел на стене пятно, которое по форме напоминало жука-оленя с крупными рогами. Он попытался сосредоточиться именно на этих рогах и постараться не воспринимать все то, что ему вдалбливал Тарантул. Только так можно противостоять действию барбамила. И кажется, у него это получалось.

— Ты меня хорошо слышишь? — спросил Тарантул.