Бард 5

Все-таки слишком большое количество достаточно высокоуровневых противников, плюс часть из них — маги, которые ставили вполне себе прочные щиты. Куноити старались в первую очередь бить «тряпочников», но и они не были идиотами, прячась за закованными в латы воинами. Признаюсь, я уже начал выдыхаться и даже почувствовал холодок страха, прокатившийся по телу неприятной дрожью. Нет, брысь отсюда! Мы справимся!

Если бы не лечение «Небесной бури», думаю, нас вообще бы смяли за минуту. Особенно исцеление помогало Олафу.

Именно вросший в землю гном стал «краеугольным» кирпичиком нашей победы. Пока Мин и Ки Рэн размытыми тенями вносили хаос во вражеские ряды и сокращали популяцию магов, Олаф совершил мощный рывок и несколькими ударами красного от крови молота раскидал соперников и врезался в небольшую шеренгу магов. Щиты, которыми конвой себя окружил, оказались бессильны против нашего бородатого берсерка и его зачарованного молота.

Атака гнома стала фатальной для врагов. Маги ничего не могли противопоставить закованному в железо низкорослому рыжебородому здоровяку, вооруженному «дробящим» оружием.

Все закончилось быстро. Нанеся последний удар и отправив последнего оставшегося на ногах стражника на каменный пол, гном торжествующе воздел молот к потолку и громко проорал что-то невнятное. Затем опустил руки и повернулся ко мне. Вид у Олафа Рыжего был невероятно довольный. Хотя и, судя по тяжелому дыханию и искореженной броне, бой для него выдался сложным."

"Так он и стоял, пока обе девушки добивали поверженных врагов, а спустившаяся на землю Уна собирала лут.

Я тоже помог ей в этом, хотя ничего особенного не нашел. Брал только оружие редкого класса. Эпического тут, увы, не наблюдалось, даже комендант не порадовал. Больше всего прибыли выпало с магов. Перстни, амулеты, жезлы. Немало, надо сказать. Все это нужно продать или вооружить армию Мурмириса, а то у меня инвентарь уже процентов на 60% забит. Притом, что большую часть трофеев загребла Уна, и пришлось строго предупредить фею, чтобы она брала только более-менее ценные вещи. Периодически в моем фамильяре просыпалась настоящее «хомячество», а я потом ломал голову, зачем нам запасные тележные колеса.

Мы спустились на цокольный этаж. На нем располагались всего четыре камеры с уже знакомыми мне решетчатыми окошками. Ки Рэн уверенно отправились к дальней, по пути сняв с крючка небольшого стенда на каменной стене связку. Да… За порядком в этой тюрьме никто не следил.