Бард 5

Понятно, масштабы не те, и этих рыцарей было маловато, но все равно смотрелась атака очень угрожающе. И направлена она была на осадные орудия.

Я бросился к ним, лихорадочно размышляя, что делать. За мной устремился весь гарем. Кстати, девушки сориентировались быстрее меня, сразу на бегу. Во всадников полетели огненные заклинания и молнии, но, судя по всему, у врагов имелась неплохая магическая защита на доспехах, так как нанесенный им урон оказался слишком слабым. Тем не менее пара всадников оказалась под копытами лошадей.

А потом, я так же на бегу выхватил Лиру. «Небесная буря», «Атака души», «Небесная буря», «Атака души», «Песнь героев» на обслугу.

Мы никак не успевали добежать раньше стремительно приближавшейся конницы. По моей команде Уна вынесла крайне недовольную Симонову из рядов бородачей и зверолюдей.

Те же, с поразительным бесстрашием, направили баллисты навстречу приближавшейся коннице и все-таки успели дать залп. Прямой наводкой и практически в упор. Шесть бревен, влетевшие в конное построение в метрах двадцати, взорвались яркой огненной вспышкой.

Эффект от залпа был настолько потрясающим, что мы притормозили.

Смертельная ощетинившаяся копьями «свинья» превратилась в какую-то хаотическую кучу, в которой среди громкого ржания и криков боли бились отчаянно пытавшиеся встать на ноги лошади и всадники.

К сожалению, как выяснилось во время взрыва, конный арьергард умудрился вильнуть в сторону и хладнокровно атаковал осадные машины какими-то горшками. При ударе они разбивались и по баллистам растекалась вязкая жидкость.

Брошенные оставшимися всадниками факелы моментально воспламенили вонючую субстанцию. В общем, этакий средневековый напалм получился. М-да, я сразу понял, что потушить его нереально. Магов воды у нас нет, а дерево очень весело схватилось…

Хотя коротышки и зверолюды умудрились вовремя ретироваться и мы с гаремом нанесли магический удар по поверженным врагам, после чего на них налетели опомнившиеся разозленные гномы под руководством Олафа. Еще бы. Осадным орудиям, судя по открывшейся мне картине, был нанесен серьезный урон, что привело бородатых наемников и их помощников в совершеннейшую ярость.

Они не стали ждать подкреплений. С какой-то запредельной жестокостью весь орудийный расчет в течение нескольких минут лихо перемолотил раненых и мертвых лошадей с людьми, в кашу из окровавленного мяса и костей."

"Меня замутило и только благодаря вовремя оказавшейся рядом Уне не вырвало. А вот Симонова освободила содержимое желудка.