Бард 4

Вход охранял какой-то незнакомый мне воин, — очевидно, прибыл из Америки на замену выбывших. Сороковой уровень, цепкий профессиональный взгляд, да и приставка «гвардеец» неспроста появилась. Серьезный тип. Жаль, у него не было ни одного шанса против Зины. Хотя нет, не жаль.

Эльфийка в мгновение ока оказалась перед воином. Тот открыл рот, неосознанно загородив дорогу, за что и поплатился. Для стороннего наблюдателя удар изящной ногой в бронированный пах не выглядел чем-то серьезным, но у гвардейца чуть глаза из орбит не выскочили.

— И это — золотой лист, — с презрением сплюнула на сверкающий шлем Зина, — Как ты посмел не поприветствовать принцессу должным образом?!

— Молю о прощении, Ваше Высочество! — не на шутку перепугался Окстимарэль. Стоило ему оказаться на земле, как Система любезно сообщила его имя. Забавно она все же работает.

— Я к твоему хозяину. Следи, чтобы нас не смели беспокоить. Иначе я решу, что голова для тебя лишняя.

Слуги оказались умнее охранника. Нас встретил пустынный коридор с одинокой темной эльфийкой в униформе служанки. Она покорно встала на колени:

— Недостойная просит сиятельных господ следовать за ней. Я отведу вас к господину Владиасэлю.

И поползла на четвереньках. М-да. А наши аристократы оказывается еще ничего! Хотя бы внешние приличия соблюдают и не унижают слуг. У эльфов, смотрю, совсем крышу от власти сорвало. Интересно, в моем прошлом мире в колониальную эпоху было так же?

Владиасэля мы застали без штанов.

Темную эльфийку в разорванной одежде приковали к свисающей с потолочной балки цепи. Она еле стояла на кончиках напряженных пальцев и, очевидно, каждое движение причиняло ей большие страдания. А двигаться приходилось, палисандровую кожу сплошь покрывали свежие рамы и старые шрамы, подозрительно похожие на те, что были у Белки.

Зина была занята — держала хрипящего Владика за горло, приподняв над окровавленным полом, так что беседу пришлось начинать мне:

— Развлекаешься? — мы с Уной осторожно сняли еле живую эльфийку с цепей. Она почти ничего не весила, так что я легкой отнес ее на диван, а фея положила светящиеся ладони на лоб.