Бандит

 – Людям только кажется, что они живут плохо, а в частных лучше. Живем мы, по сути, одинаково, только там позолота, у нас так, простенько все покрашено. Но они же как в резервациях, девяносто процентов территории страны – федеральная.

– Иначе никак, чтобы всех из частных прокормить.

– Вот именно, – рыба лишилась кожи, а потом быстро разделилась на ломтики. – Десятеро нас должны кормить одного оттуда. То есть если мы даже не будем его кормить, денег-то сильно не прибавится, верно? То есть у нас тут все как в частных не станет.

– Ну да, без поводка. Некоторые еще и без берегов.

– Ну живем же, верно?

Ну да, Миша со своей жердочки смотрит, и даже смотрит не мимо, по-своему он прав. Возьми в руки калькулятор, прикинь, сколько ты приобретешь, если перестанешь кормить частников, и обнаружишь, что толком-то ничего у тебя и не прибавится. Населения в Волжске в десять раз меньше, чем у нас. Правда, территория города в три раза больше, и это даже не город, а некий конгломерат частных домов и таунхаусов среди холмов, озер и каналов, да еще и на берегу Волги.

– Живем, говно жуем, – хмыкнул я.

– Ты вот иронизируешь, а такие пробежки как раз часть дачного колорита и составляют. – Миша наконец вцепился в лещиную спинку зубами, даже заурчав от удовольствия. – Иначе уже и не дача. У нас там озера, рыбалка, охота. Батя, думаешь, поменяет свой дом на частную территорию? Да ни в жисть.

– Кому чего.

– Ну да, каждому свое. И вот поэтому жить в частнике – совсем не мое.

– Ну, тебе и не грозит, – усмехнулся я. – Как и мне.

Большие торговые центры и все подобное в частниках в специальных торговых зонах расположены. Чтобы персонал оттуда в свободное время по территории для чистой публики не шлялся. В самом городе магазины в основном дорогие, там уже немногочисленные местные работают, больше студенты из тамошнего университета подрабатывают.