Бандит

Со службы еще, он в частники потом подался. Он знаешь на чем сидит?

– На чем?

– Вот вся дурь, что из Китая в город идет, она под ним.

– Под мусорами же, – предсказуемо усомнился Большой.

– Мусора от него получают. И там у них проблемка есть, по «белому китайцу». Мусора хотят сдавать его «чехам» вместо хмурого, понял?

– Ну. – Большой прибавил ходу, чтобы быстрей добежать от цеха до офиса.

– Так вот, поставщик не хочет. У него там и свои заморочки по пиковым, и базар был, что кому-то это еще не нравится, кто там масть держит, и сами главмусора городские им тоже не в жилу.

В офисе сидел и курил Сирота, тыкая пальцем в планшет. Я сразу направился к электрочайнику, потому как в такую погоду чай – то, что доктор прописал.

– И чего хотят?

– Они готовы нам десять кил «китайца» сдать. – Я вытащил из тумбочки кружку.

– Мне тоже кругаль налей, – сказал Большой, усаживаясь рядом в кресло. – Им зачем?

– Пиковых сбросить.

– Война будет.

– В своих делах они сами угловые, сказали этим продаем – этим и продают. Только они информацией поделились еще до кучи – Муслимка встречу Вахи и Русика организует. В центре, в «Олимпе». Знают где, знают когда. И знают, где Ваха шкерится сейчас. То есть он поедет или оттуда, или с Инженерного.

– И где? – насторожился Большой.

– В центре, в Тверском переулке. Дом пять, квартира одиннадцать. Там движение одностороннее, к слову. И в любом случае он подъедет к «Олимпу».

– Тормози.

– Это они намекают. Причем так, для тупых намекают.

– Им Ваха мешает?

– Если Ваха сам скажет, что рынок отдает, – не мешает. – Я выставил вторую кружку рядом со своей. – Они могут и Вагонке все отдать, те не пиковые, но не хотят на одних все ставить. Вагонке таблетки, «китайца» в Коптево.

– А мы в Гадюжник, так?

– Почему бы и нет? – пожал я плечами.

– Большой кусок. – Он откинулся на спинку кресла и сложил ручищи на груди.

– Хоть завтра могут.

– Десять кил… почем?

– По десять рублей за грамм отдадут. Чистый. Его еще бодяжить будут, всем хватит.

– Барыгам можно сразу в два конца накидывать, возьмут. Можно даже самим подбодяжить. Хотя нет, палевно. Сколько там чек один? Десятая грамма?"

"– Вроде бы, – покопался я в картотеке прототипа. – На улице по двадцатке, уже бодяжного.