Бальмануг. (Не) Любовница 2

– Чет я не поняла, а чего герцогский сынок к тебе больше не подсаживается? Даже не здоровается! – тихо возмущалась Магна, обозревая с высоты своего места прочие парты амфитеатра учебного зала.

Хелен молчала , стиснув зубы и уткнувшись в записи, в которых ровные строчки почему-то расплывались перед глазами.

– Чего, понял, что своего не добьется, что ты порядочная девушка, и отвалился? Или... он же не добился уже своегo и теперь сваливает не по другой причине? - ахала Магна, поворачиваясь к соседке с широко распахнутыми глазами.

– Магна! Не отвлекайся от лекции! – цедила сквозь зубы Бальмануг. - И меня не дергай.

– Нет, вот же гад какой! Или вы просто поссорились? И теперь друг другу характеры свои показываете? – гадала травница, рассматривая прочих студентов. Многие также занимались вовсе не учебой. – А давай ему почесотку устроим? Я могу зуд и раздражение многих видов организовать, даже через предметы. Мож, он догадается за лечебными травками вроде как ко мне подойти, а не к лекарям? Не дурак же.

– Магна! – злилась Бальмануг. - Сейчас я тебе зуд и почесотку устрою! А Кагматт... Пусть сидит как можно дальше и ко мне не подходит!

— Но почему?! – недоумевала соседка.

А потом, помолчав какое-то время, начинала бухтеть опять.

– Ой, уведут же парня! Гля-ка, энта Γилмот так и лыбится в его сторону, так и лыбится! Эх, надо было тогда ей почесотку устроить! Сейчас до сих пор у себя в комнате пятна бы сводила и не зыркала бы на чужих парней.

– Магна! Ни Кагматт, ни Гилмот меня больше не интересуют! Пусть занимаются чем хотят!

– Чегой-то?! Ты, значится, столько его oкучивала, а теперь он такой красивый и тепленький должен на всём готовеньком достаться какой-то мымре?!

– Магна! – уже почти рычала Хелен, едва сдерживаясь. – Да хоть горяченький! Тьфу ты! Если ты сейчас не замолчишь, я... я... полыхну сейчас! И останется на тебе только половина платья! И то, если я смогу остановиться!

– Уж прощенья просим, эйра Бальмануг, но ты скажи тогда хотя бы – тебе нужны травы от нежеланного дитя или нет? А то ведь потом поздно пить будет.

Хелен вскочила, смахнула записи в сумку и под недоумевающими взглядами многочисленных однокурсников, что начали громко шептаться, стала спускаться по лестнице амфитеатра к выходу из зала.