Авантюрист. Русская Америка

Фултон занял место в кабине машиниста и через несколько мгновений окрестности огласил громкий паровозный гудок, над крышей паровоза встал столб белого пара.

— Всё в порядке? — взволнованно спросила Мария Мануэла.

— Не переживай дорогая, в полном. Я так думаю, что Роберт просто сбросил избыточное давление.

— Или он решил развлечься дешевыми трюками, дорогой.

— Не исключено, — в этот момент паровоз, а за ним и платформа за ним дернулись, и мы начали движение."

"А ничего так едем. Километров двадцать в час по моим ощущениям, если не больше, вдобавок еще и разгоняемся.

Да, этому паровозу пока очень далеко даже до уровня пятидесятых годов девятнадцатого века той истории которую я знал, но все равно, это детище Фултона по настоящему впечатляло.

— Господин Мацумото просит передать его восхищение создателю этого удивительного механизма и просит разрешения пригласить его в Японию, — услышал я сзади голос переводчика. Да кто такие эти Мацумото и сёгун Токугава Энари. Мацумото ведёт себя так, как будто это он тут главный у японцев, а не принц Аяхито. Понятно, что тот совсем еще ребёнок, но все равно странно.

— Вам лучше спросить у него самого, мистер Фултон свободный человек и волен распоряжаться своей судьбой как ему вздумается.

— Понятно, спасибо, господин президент.

— Николай Петрович, — обратился я к Резанову, — кто вообще правит Японией, сёгун или император?

— Это сложный вопрос, мистер Гамильтон. Формально власть принадлежит императору, но фактически, правит самурайское правительство во главе с сёгуном Энари.

— Понятно, император там марионетка.

— Не совсем, но близко к этому. Вы уже решили, кто будет наставником Аяхито?

— Конечно, Отец Нектарий, кто же еще?

— А он вообще знает, что ему такое счастье привалило?

— Кто? Отец Нектарий?

— Да.

— Конечно, знает, я с ним это обсуждал.

Это была чистая правда. Подумав, я решил, что отец Нектарий является лучшей кандидатурой для воспитания юного принца. Всё-таки Резановым было получено согласие на открытие православных миссий в Японии, и кто как не Нектарий способен вложить в голову Аяхито уважение и почтение к монахам и священникам этих миссий.