Авантюрист

Странно что до пожара не дошло. Двое выжили, убегали, в поле их и настиг враг с неба. Гражданские ехали, двенадцать детей разного возраста, восемь женщин, узлы, чемоданы. Полный кузов был. В кабине полная женщина-пассажир и боец, карабин «Мосина» в зажиме. Я его забрал, как и патроны, остальное оставил. Нашёл детские ботинки, проворил, как на меня, и ногам удобно в них было. Видимо мальца и были, снял зачем-то. Узелок с припасами нашёл, и на ходу кушая, двинул в ту сторону, откуда те приехали. Сорок первый год, я петлицы видел и в документы у бойца глянул, похоже командирские семьи вывозили, вот и попали под атаку с неба.

Что меня удивило, тела не мародёрили, это было бы видно, в пыли я свежих следов не нашёл."

"Почему так, я понял, когда прошёл около двух километров, обнаружив сгоревший мостик через мелкую речку. Мост деревянный был. В воде остов сгоревшего грузовика и лежавшая на боку повреждённая «сорокапятка». Ясно, прямо на мосту накрыли грузовик, вот и произошёл подрыв боекомплекта. Дальше ещё два остова сгоревших машин.

Батарея похоже была. Потому сюда никто и не сворачивал, и не видел место трагедии. А бойцов-артиллеристов похоронили, в сторонке братская могила. Земля ещё свежая. Дальше на горизонте вроде дорога, пыль и дым от горевшей техники, да и народу там хватает. А шёл я в эту сторону по той причине, что машина от фронта ехала, а мне немцы нужны. Или скорее трофеи с них, и техника. Хочу поскорее добраться до гипермаяка и посетить склад добра, что я собирал. Нейроком, без него уже как без рук. Вещь просто отличная. Это пока так, предварительные планы. К дороге я не пошёл, поднялся вверх по течению той речушки где мост был, тут глубина самое большое метр, хотя топкое дно, это есть, и вот в тени трёх одиноких берёз, устроился, разделся, вещи замочил, и стал медитировать. Я уже наелся, да всё что в узелке было, съел. Немного, два бутерброда с сыром, и всё. Зато материал есть, вот и работал. Глаза немного адаптировались, уже на свет не так реагировали, слезились меньше. Я попил воды из реки, прежде чем сесть медитировать, но вот продолжил, и лечением занимался. Уже вечер был, я успел постирушки закончить и одежду развесить сохнуть, разок искупаться, не моча голову, три медитации провести, и три лечения, когда окончательно стемнело.

Задерживаться не стал, глаз я уже усовершенствовал, ночное зрение отлично работало, поэтому убрал вещи в хранилище перебрался на другой берег, где оделся, и побежал к дороге.