Аукцион невинности. Двойная ставка

— Ты можешь выбрать любую комнату, их здесь четыре.

Шумилов кивает в сторону, не сказать по его лицу, что он доволен. Уверенно иду вперед, открываю первую дверь, оглядываю помещение. Захар, это точно его спальня. Черное покрывало на большой кровати, бархатное изголовье, такая же темная мебель, белые лишь ковер на полу и шторы.

Но только одна деталь говорит о том, что комната жилая, это фотография в рамке на прикроватной тумбочке, не успеваю разглядеть, кто на ней. Ни одной лишней детали, комната мужчины, который мало в ней бывает.

Следующая комната была примерно такая же, но в бежевых тонах и с ярким постером Джокера на стене. Мальчишка.

ТТ, это как раз именно он, насмешливый киллер. Вот где он хранит свежие рубашки и чистые трусы с носками.

Я выбрала самую дальнюю комнату, не знаю почему, в ней сдержанный, но дорогой интерьер, шоколадного цвета покрывала и подушки, плотные шторы с ненавязчивым золотым рисунком, мягкий ковер.

— Вы не дали мне взять вещи из дома, как-то можно попасть в магазин?

— Конечно, Александра, осмотрись пока и спускайся в столовую, мы скоро.

Мужчины ушли, оставив меня одну, подошла к окну, за ним было серое небо, изрядно поредевшие листьями деревья за высоким забором. Стриженая, но все еще зеленая трава на лужайке и часть крыльца с центральной парковкой, на которой у двух автомобилей курила охрана и водители.

Да, бабуля права, я вляпалась.

И так было понятно, что мужики непростые, но судя по тому, как все у них здесь дорого и богато, становится немного неуютно.

Мне хватило отчима, матери, что ради денег терпит все, его избалованных сыновей, одноклассников в гимназии, что постоянно ставили на место. Деньги развращают, делают любой мерзкий поступок вседозволенным.

Взять хоть то, что они купили меня, ведь могли себе позволить и купили, как вещь напрокат.

Но все эти события уже не изменить, главное — моя сладкая девочка скоро поправится, все будет хорошо с ней, я чувствую, а эти два месяца пролетят быстро.

Поймала себя на мысли, словно знаю Тимура и Захара давно, столько эмоций и впечатлений, от ненависти до удовольствия. С той нашей первой встречи Шумилов изменился, а то, как он смотрел на Ангелину в аэропорту, это поразило меня.

— Александра.

Вздрагиваю от испуга, в дверях стоит экономка.

— Завтрак подан, вас все ждут.