Аукцион невинности. Двойная ставка

— Кто такой Климов?

— Папин друг, ну, как друг, депутат местный.

Послышался вой сирены, три машины с мигалками, одна скорая, стало больше суеты.

— Саша, Сашенька, господи, слава богу, с тобой все хорошо. Витя, она здесь с мальчиками, она нашлась. Я думала, что потеряла тебя, милая.

Мама прижимает меня к себе, от нее пахнет духами и алкоголем, на щеках подтеки от слез. К нам подходит дядя Витя, смотрит на сыновей, качает головой, потом на меня, садится на корточки.

— Где ты была?

— Здесь, смотрела на рыб, — показываю пальцем на пруд и все еще блюющего Севу.

— Давно?

— Нет.

— А до этого, где была?

Новоиспеченный мамин муж совсем не пьян, как положено жениху на свадьбе, он сверлит взглядом, держит меня за плечи.

— В коридоре.

— Саша, ты видела кого-то постороннего в коридоре?

— Для меня здесь все посторонние.

— Кого-то, кого ты не видела за столом.

— Нет, только ваших сыновей, они разговаривали со мной, Веня говорил, что у вас была какая-то Мила, а Сеня принес шампанское.

Не могла не нажаловаться, чисто детская глупость и обида, но кто знал, что за сказанные тогда слова мне придется долго расплачиваться. Нет, я не знала, я просто хотела жить как раньше, но как раньше уже не будет никогда.

Жданов смотрит на сыновей, снова на меня.

— Кроме мальчиков еще кто-то был?

— Доченька, просто ответь: кто заходил в зал?

— Официанты.

— И все?

— А правда там кого-то убили?

Не отвечают, взрослые теряют ко мне всякий интерес, Вениамин смотрит зло, Сеню все еще мутит.

А я не знаю, почему не сказала о том мужчине, наверное, тоже из вредности, а может, глупости. Но я не хотела его выдавать, это как секрет, большой и страшный, и если его кому-то открыть, то ты будешь проклят навсегда.

ЧАСТЬ 10

— Ты не девственница?

Вопрос в лоб, задерживаю дыхание, картинки прошлого уходят на второй план. Я все еще на коленях перед мужчинами, вытираю ладонью подбородок, взгляд мечется с одного на другого.

— Шума, сука, что за вопросы? У нас викторина намечается? Член стоит колом, яйца ломит, а ты решил задать вопрос? Ты купил ее на аукционе, где продавали чертовых девственниц. Какие нахуй могут быть сомнения?

— Тимур, помолчи, — мужчина все еще смотрит на меня, прожигая взглядом, снимает пиджак, кидает на пол, расстегивает рубашку. Теперь они оба голые по пояс, члены все так же налиты возбуждением.