Аукцион невинности. Двойная ставка

Никому не пожелаю таких старших братьев, я, как наивный и открытый ребенок, обрадовалась этому. Но меня быстро поставили на место, точнее, посадили в грязь, из которой я, по их мнению, не должна была выбираться.

— Девушка, мы приехали.

— Что? А, да, хорошо.

Как странно, я так быстро погрузилась в прошлое, которое пытаюсь забыть. Но то, что происходило в том доме, осталось горьким осадком, на него наложились другие события, более печальные и трагические для меня.

— Дальше вас проводит охранник.

Ничего не ответила, на секунду зажмурила глаза, сжала кулаки.

Здесь недалеко диагностический центр, мы были там с Ангелиной рано утром, сдавали анализы, моя девочка еще удивленно смотрела на огни телебашни.

Даже хорошо, что меня отвезли не в загородный коттедж, где можно спокойно прикопать тело, после того как покупатель поймет, что я совсем не невинна.

— Прошу идти за мной.

— Да, я поняла, хозяин ждет.

Охранник посмотрел странно, смерив меня взглядом, я не надела платок, холодный ветер растрепал волосы, забирался под пальто. Мы пошли внутрь, небольшой холл, тусклый свет, бордовые стены, пахнет чем-то сладким.

Это что, бордель? Я, конечно, никогда не была в таких заведениях, но в книжках читала и знала, что у нас в городе есть не один подобный приют сексуальных утех для состоятельных граждан.

Охранник провел меня дальше, остановился у двери, развернулся.

— Поднимите руки, я должен вас обыскать.

— Почему вы не сделали этого раньше? Вдруг я сейчас сорву чеку или нажму на кнопку, и весь дом, вместе с вашим хозяином, взлетит на воздух.

Кто меня тянет за язык? Стояла бы и молчала, но нет, нервы совсем ни к черту, несу что попало. А с другой стороны, все верно, что за горе-охрана, что проверяет людей уже в доме?

— Шутница? — мужчина склонил голову, поджал губы.

Я подняла руки, посмотрела в верхний угол, там красным огоньком мигала камера, у нас в отеле таких сотня. Охранник начал ощупывать руки, плечи, спину, ягодицы.

— Я так могу и девственность потерять, если вы продолжите меня лапать, хозяину ничего не останется.

— Телефон забираю, верну потом, — игнорирует мой выпад, телефон пропадает в его кармане. — Все, иди.

— Вы так любезны.