Аукцион невинности. Двойная ставка

Женщина улыбнулась, короткая стрижка темных волос, полноватая, глаза добрые, она мне понравилась больше той злобной суки Маргариты. Значит, все-таки уволили? Ну и скатертью дорога, надо будет сказать Захару и за это спасибо.

Обернулась, по холлу прошли несколько мужчин, затем еще двое. Они посмотрели в мою сторону, кивнули поздоровавшись. Странно, зачем так много охраны?

Светлана продолжала накрывать на стол, выпив воды, я пошла искать Захара, чтоб спросить, что происходит, но остановилась у приоткрытой двери кабинета от громкого голоса Тимура.

"— Я тебя, блядь, спрашиваю, это что такое было недавно наверху? Шума, ты вообще в своем уме? Ты на меня будешь рычать и гнать? Я похож на шавку?

— Не твое дело.

— Ах, это уже не мое дело? Скажи спасибо, что я не врезал тебе там, не хотел пугать девочку.

— Так врежь сейчас.

Тишина. Прижимаю руки к груди, двигаюсь ближе, чтоб видеть, что происходит в кабинете. Понимаю, надо уйти или войти, чтоб остановить намечающуюся драку, но не могу.

Тимур резко вскидывает руку.

Удар.

Глухой рык.

Еще один.

Голова Захара дергается в сторону, он отвечает, кулак летит в лицо Тимура. Я зажимаю рот, чтоб не закричать, но как парализованная продолжаю стоять на месте.

Грохот. Что-то падает, звон бьющегося стекла.

— Думаешь, не отвечу и все проглочу?

— А ты решил, что эта девушка только тебе дорога? А я так, просто трахаю ее? Что для меня она просто игрушка?

Мужчины стоят совсем близко друг к другу, их разделяет всего несколько сантиметров, тяжело дышат, сжимают кулаки.

— Я не хочу тебя видеть рядом с ней.

Тимур не отвечает, они сейчас как два диких зверя, лишь один неверный шаг, слово — и вцепятся друг другу в глотку.

— А ты думаешь, я рад тебе? Что мне сейчас все это доставляет удовольствие? Давно уже нет! И ты можешь сколько угодно вот так смотреть на меня, я никуда не денусь.

— Это все неправильно.

— Только сейчас понял? Не задавал этот вопрос, когда купил ее? Когда привел к нам? Когда мы первый раз были с ней?

Теперь молчит Захар, продолжая прожигать взглядом своего, я надеюсь, все еще друга.

От громкого голоса Тимура закладывает уши, закрываю глаза, часто дышу. Все верно он говорит, все это неправильно. Наш просто секс перерастает в больные, пропитанные обидой, горечью и ядом отношения.

— Тебя накрыло, да? Я тоже думал, так не бывает, а оказывается, все возможно.

— Возможно, — Захар говорит шепотом, но я слышу.