Атомный поезд. Том 1

Постучав, Наташа вошла в кабинет начальника поезда подполковника Ефимова. Сейчас хозяин кабинета отсутствовал, зато за его столом читал какую-то бумагу начальник гарнизона постоянного базирования БЖРК Андрей Андреевич Булатов. Законный супруг военврача БЖРК майора Булатовой. Но сейчас он держал лицо суровым и никаких родственных чувств не проявлял.

– Доложите о чрезвычайном происшествии, товарищ майор, – сурово сказал полковник, глядя в сторону. – Почему вы взяли на борт особо режимного объекта постороннего человека?

Андрей Андреевич был старше Наташи лет на двенадцать, но, как она считала, возраст его нисколько не портил.

Напротив, залегшие в уголках зеленых глаз морщинки и ставшая уже заметной седина на висках только добавляли ему солидности и благородства. Квадратная челюсть, широкие массивные скулы и сросшиеся у переносицы густые брови свидетельствовали о твердости характера, мужестве Булатова и его жизненной закалке.

– Товарищ полковник, мотоциклист попал в защитную сетку, но получил серьезные травмы.

Он мог погибнуть. Мой врачебный долг заключался в том, чтобы его спасти. Никакой угрозы для режимного объекта пациент не представлял, он пробыл на борту четыре с половиной часа и все время находился в бессознательном состоянии.

Булатов вздохнул.

– Ну, что ты как девчонка, честное слово! Если этот факт станет известным руководству, а он станет известным, – полковник выразительно поднял документ, который держал в руках.

Несмотря на мягкий тон мужа, Наташа неожиданно вспылила.

– Прошу тебя. Не нужно читать мне нотаций. Я прекрасно знаю и наше положение, и все выдержки из устава, к которому ты так часто любишь апеллировать. Но ты должен меня понять, я ведь не робот и не «черный автоматчик»… Существует еще и чисто человеческая мораль, и врачебная этика! Мотоцикл растерзало колесами, а парня забросило к нам, он был ранен и остро нуждался в срочной помощи, от этого зависела его жизнь. Что надо было делать? Выбросить его обратно? Отнять тот шанс, что дала ему судьба? Но за что, он же ни в чем не виноват! И какой вред это принесло нашему объекту? Никакого!

Булатов сокрушенно покачал головой, и Наташа замолчала.

Она знала на сто процентов, что супруг согласен с ее доводами и испытывает приблизительно те же чувства, и она сама, но долг перевешивал эмоции. С точки зрения интересов службы все, что она говорила, просто детский лепет.