Атомный поезд. Том 1

От него и умными делаются, и красивыми, и работают хорошо. Не догадались еще придумать, что оно помогает хранить военную тайну и добиваться успехов в боевой подготовке. То-то был бы успех в армии!

«Да, от такой рекламы отец бы вообще с ума сошел!» – подумал Саша.

Через некоторое время четверо курсантов сидели на нижней аллее парка имени Пушкина и отхлебывали из поллитровых бутылок.

– Слышь, Андрей, а за что ты «пятерку» по практике получил? – неожиданно спросил Смык.

– Откуда я знаю! Что поставили, то и получил.

– Нет, вот с Сашком все понятно: он и рассчитывает траектории точно, и пахал за двоих, даже в бункере сидел. А ты делал все то, что и мы с Борькой. Да еще и считал хуже. Только мы получили «четверки», а ты «пятерку». Почему это?

– Да не знаю я! Чего ты ко мне пристал?

– А насчет Еремеева ты с отцом поговорил?

– Какого Еремеева?

– Прапорщика рыжего, который нас спиртом угощал.

– Еще чего! Стану я из-за такой ерунды папашке голову забивать!

– Ничего себе ерунда! У него от этого вся дальнейшая жизнь зависит.

– Не будь дураком! Кто за полстакана спирта такие вопросы решает? Он все правила нарушил! А я пообещал, чтобы отвязаться. Кто это всерьез воспринял? Так что мы квиты.

Командир отвернулся.

– Квиты, говоришь… Только когда я служил срочную, у нас за такие вещи «темную» устраивали.

– Чего это вы сцепились? – вмешался Кудасов. – Лучше скажи, Андрюха, по секрету, куда поедешь служить? Небось, уже все знаешь?

– А чего тут не знать, – ухмыльнулся Андрей.

– И кем же ты хочешь служить?

– Вначале в штабе кем-нибудь. Хоть помощником оперативного дежурного. А потом старшим смены или расчетчиком. Эти должности дальнейший рост обеспечивают.

– Ни фига себе! – Кудасов отставил бутылку.

– Ну и что… Кому они нужны, эти расчеты? Люди десятки лет считают, а что толку? Все в корзину идет. И я так же посчитаю!

– А если учебно-боевой пуск?!

Коротков спокойно допил свое пиво.

– Тогда в полк столько спецов нагонят, найдется кому расчеты сделать!

Кудасов покрутил головой.

– Ну, ты даешь! А если война? Если настоящий боевой запуск?

– Тогда за промах спрашивать некогда будет. И некому. Да и не с кого.