Атомный поезд. Том 1

Завтра придете, мы вас проведем и накормим бесплатно!

– Суки, развели пидоров! – надсаживался Коротков.

– Андрей, кончай, сейчас патруль вызовут, – шептал в ухо товарищу Смык.

– Ха-ха-ха! – закатывались парни с соседнего столика.

– Убери руки! – угрожающе рычал охранник.

И вдруг, как гром среди ясного неба, среди дикой какофонии ночного клуба раздался голос курсового офицера Волкова:

– Что здесь происходит, товарищи курсанты? Коротков, немедленно прекратить!

Саша в ужасе обернулся. Неужели это глюки от водки?

Но сзади стоял не только подполковник Волков, но и особист Котельников, начальник факультета Ерохин и зам по кадрам Горин.

– Товарищи курсанты, быстро на выход, – негромко, но властно приказал Горин. Все четверо покорно направились к выходной двери.

Глубокой ночью в кабинете Панкова подводили итоги разбирательства. Особист, заглядывая в бумажку, перечислял пункты обвинения, руководство их рассматривало и обсуждало.

– Выкрикивал название рода войск и скандировал слово «ракета», чем раскрывал принадлежность к ракетным войскам и угрожал сохранности государственной тайны…

– Слабовато, – скривился генерал. – К тому же позволяет упрекнуть нас в том, что не смогли воспитать у курсантов умение хранить секреты. Отпадает.

Котельников вычеркнул забракованный пункт.

– Дискредитировал звание курсанта тем, что публично поцеловал переодетого артисткой варьете мужчину…

– Не годится! – вскинулся зам по воспитательной работе.

– А ведь наши выпускники служат в отдаленных гарнизонах, где наблюдается нехватка женщин, – озабоченно кивнул зам по учебной работе. – Это может бросить тень на училище.

– Отпадает, – подвел итог Панков.

Особист вздохнул и вычеркнул второй пункт. У него появилась мысль, что со всех сторон обосравшегося курсанта будет не за что уволить.

– Организовал пьянку, в которую вовлек еще трех курсантов, в том числе командира взвода, чем подорвал…

– Да что вы такое пишете, товарищ майор! – возмутился зам по воспитательной работе.

Он бросил взгляд на Панкова и осекся.

– Отпадает, – мрачно повторил начальник училища. – Никакой групповщины!

Подозрение особиста укрепилось.