Атомный перебежчик

Стиснув зубы, Шелестов чуть повернул руль, взяв на пятнадцать градусов южнее. И тут же, как будто подсказка, где-то слева в тумане несколько раз коротко рявкнула судовая сирена. Сосновский сразу поднял руку и оглянулся на командира. Шелестов показал, что взял правее. Его подмывало сбросить скорость, но он не рискнул изменить график.

И вот минутная стрелка прошла цифру 12. Максим уменьшил скорость, теперь стали слышны удары волн о скалы. Южный берег близко, отвесная стена.

Вот она. В тумане вдруг показалось что-то черное, массивное.

Холод и сырость забирались под гидрокостюмы. Тело то и дело сотрясала мелкая дрожь. Начинали лязгать зубы. Максим принялся делать упражнения для согревания – напрягал и расслаблял мышцы тела.

Туман становился все плотнее. Показалось, что гул тревожного колокола стал громче. Сосновский снова оглянулся и сморщился, как от зубной боли. Он показал на наручные часы, а потом сделал знак к берегу.

«Молодец, как время чувствует», – с удовлетворением подумал Шелестов и тут же замер на месте.

– К берегу! – крикнул Сосновский и, оглядевшись в лодке, подвинул к себе баул с оружием.

Максим сбавил скорость и повел лодку ближе к берегу, которого почти не видел. Жаль, что это судно впереди появилось так рано.

Гул прошел мимо, в тумане появилась и исчезла черная тень. И тут же в борт ударила тяжелая волна. Она приподняла лодку, Шелестов тут же попытался развернуться с помощью двигателя и встать носом к волне. Но сделать он этого не успел. Лодка упала вниз, и ее мгновенно опрокинуло сильным ударом.

Шелестов оказался под водой, но колени ударились о каменистое дно, под ногами зашелестели мелкие камни.