Атлантарктида. Дикий, дикий Норд. Из глубины

Что касается клеток мозга, то ими могут стать любые живые биоорганизмы, как простейшие, так и сложные, такие как человек.

– Шутите?

– Нисколько, молодой человек, человечество уже превратилось в единую пси-систему, которой управляют некие космические силы. Конечно, чем человек проще, тупее, агрессивнее, тем легче им управлять. Вспомните, как британцы буквально зазомбировали Европу, повесив на Россию отравление Скрипалей и ещё каких-то двух несчастных подданных Британии. И ведь им поверили практически все народы мира!

– Обыватели! – фыркнула Инга.

– Да, согласен, обыватели, хотя от этого нам не легче. Это отличный пример психического управления толпой тупых, не думающих людей. На этом же принципе работает, наверно, и старогейский компьютер. – Шпачков вдруг хохотнул. – Хотя коралловые полипы вряд ли можно назвать тупыми обывателями. С другой стороны, не удивлюсь, если старогеи захотят перехватить управление людьми и перепрограммировать систему.

– Вы серьёзно?

– Молодой человек, я не вышучиваю серьёзные проблемы.

Помолчали.

– А ведь нам надо проникнуть внутрь этого кокона, – задумчиво проговорила Инга.

– Нас заметят.

– У тебя есть другие идеи?

Вербов не ответил, рассматривая кокон. Сказал коротко:

– Нет.

– Вообще-то шанс у нас есть, – сказал Шпачков.

– Говорите.

– Человеческий мозг внутри не имеет болевых рецепторов, стоит пройти черепную коробку, и боли человек уже не испытает, даже если в голый мозг воткнуть иголку. По аналогии с этим можно представить, что на нас тоже не отреагирует система защиты старогейского компьютера.

– А если всё же охрана отреагирует?

– Вы что-нибудь придумаете, – простодушно ответил океанолог. – К тому же кто не рискует…

– Тому не стоит наливать шампанского, – иронически заметила Инга.

– Не знал, что вы любитель риска, – сказал Вербов.

– Я сам не знал, – усмехнулся Шпачков.

– Итак, идём знакомиться, – подвёл итоги разговора Вербов.

Внезапно у «яйца» началось движение.

Из мутной глубины зала вынеслись живые стреловидные тени, превратились в «осьминогов», облепили американский батиплав и понесли к эллипсоиду. В слоистой стенке кокона проявилось более светлое звездообразное пятно. «Осьминоги» внесли в него аппарат, и пятно расплылось мутной желтоватой кляксой.

– Что они делают?! – прошептала Богушанская.

Никто ей не ответил.