Ассирийский мушаркишу

Может быть, прокатился в сторону нашего лагеря и вернулся, когда понял, что победил. Позади меня скакал мой сын Табарна. В начале сражения он стоял в задней шеренге под присмотром двух опытных воинов. Вечером они расскажут мне, как он вел себя в бою, и я сделаю вывод, стоит ли ему делать военную карьеру или заняться разведением лошадей?

По пути встретили колесницу с туртаном Шамсуилу.

— Это пленные? — задал он вопрос, как будто ответов было больше одного.

— Да, личная охрана Хумбаннимена, — ответил я.

— Убейте их! — злобно приказал он.

— Я обещал им жизнь, — проинформировал его и, не удержавшись, подколол: — Твой хитрый план опять сработал. Стоило тебе трусливо сбежать с поля боя, как мы выиграли.

Туртан Шамсуилу скривил рожу и толкнул кулаком возницу в спину, чтобы ехал дальше.

Мы доехали до Синаххериба, окруженного со всех сторон тяжелыми пехотинцами, где я доложил:

— Ты опять выиграл сражение, мой повелитель. В нем погибло много воинов, поэтому я привел тебе пополнение.

— Сегодня я не могу отказать тебе ни в чем, — как-то кисловато произнес шарр Ассирии, после чего спросил: — Почему ты медлил с атакой?

— Раньше не было возможности. Коннице нужен простор и отсутствие препятствий. Я ждал, когда она появится, был уверен, что у туртана Шамсуилу опять какой-то хитрый план, о котором он забыл уведомить меня.

— Он не нравится тебе, — сделал вывод Синаххериб.

— Туртан не девица, чтобы нравиться. Он обязан побеждать с минимальными потерями, — сказал я и добавил, перефразировав царя Пирра: — Еще одно сражение под командованием этого великого полководца — и ты останешься без армии.

— Можешь идти, — произнес правитель Ассирийской империи, услышавший не то, что хотел.

Судя по взглядам холуев, стоявших рядом с колесницей, из списка фаворитов я вычеркнут надолго. Оно и к лучшему. Устал уже от походов, сражений и хвастливых дураков-командиров.

58

Ассирийская армия отправилась приводить к покорности взбрыкнувшие восточные провинции, прельщенные сладкими речами суккаль-маха Хумбаннимена.