Атомный поезд

За целый день.

Дорогие очки отрицательно качнулись из стороны в сторону.

— Я объяснил: у нас частный клуб. Милиция не может вмешиваться в личную жизнь наших клиентов. Нужен судебный ордер!

Терпение оперативников лопнуло, сдержанная вежливость испарилась."

"— Мы не милиция, мы — госбезопасность! — капитан Малков привычно поднёс к синеватым стёклам раскрытое удостоверение. — У вас действительно частный бордель, но страна пока что не частная. Её вы не приватизировали. Поэтому сейчас мы заберём плёнку, а потом вы предъявите вид на жительство и поедете с нами.

Госбезопасность уважают до сих пор. Особенно иностранцы. Менеджер дрогнул.

— Плёнку вы можете взять под расписку. И вид на жительство покажу, он у меня в порядке. Но если вы захотите меня арестовать, то вначале вызовем моего адвоката.

Через несколько минут плёнка была у оперативников.

— Ладно, на сегодня хватит, — сказал Влад и похлопал менеджера по плечу. — Живи пока… Но помни, что я сказал! Страна не продаётся!

На лица оперативников вернулась прежняя вежливая невозмутимость и бесстрастность.

— Отзвонись шефу, Толик, он должен докладывать генералу. И поехали, посмотрим плёнку.

Ломов достал мобильник и нажал кнопку прямого вызова.

***Полковник Смартов осторожно спрятал трубку в карман и перевёл усталый взгляд глубоко посаженных глаз на сидящего во главе стола генерала Мезенцева. Для своих сорока четырёх лет и сидячей работы Смартов выглядел отлично: ни избыточного веса, ни синевы под глазами, ни облысения. Даже морщин на лице не было.

Генерал, только перешагнувший пятидесятилетний рубеж, на вид годился ему в отцы: лысый, толстый, страдающий диабетом и стенокардией. Может быть, поэтому, может, в силу других причин, но сегодня он смотрел на подчинённого довольно раздражённо.

— Что там? — брюзгливо осведомился генерал и выпустил сигаретный дым в сторону фаната здорового образа жизни Смартова. Сегодня он был очень недоволен — то ли жизнью вообще, то ли конкретно подчинённым, докладывающим неприятные вещи.

— Она мертва, — не отворачиваясь, сказал полковник.

 — Улик никаких нет. Диктофон и мобильник с камерой пропали. Близнецы изъяли плёнку видеоконтроля на входе. Попробуют что-нибудь раскопать.

— Значит, эта гадюка Фальков с кем-то встречался, — помолчав, изрёк Мезенцев. — Иначе бы её не убили.

— Логично, — кивнул Смартов.

— А ваши люди не отследили контакт, не зафиксировали его и допустили чрезвычайное происшествие — смерть нашего негласного сотрудника!

Полковник опустил голову.