Атомный поезд

Вечно занятый и куда-то спешащий, он ненадолго приподнимал занавес, показывая шикарно сервированные столы, уважение окружающих, роскошные наряды, — и тут же вновь опускал. К тому же «Виагра», бесконечные «ручные запуски»… На принца Степан Григорьевич явно не походил по всем параметрам. Он даже на белого коня не тянул… Особенно ясно это стало сейчас, когда она получила возможность сравнивать. Сурен по-купечески швырялся деньгами, заставлял стол бадейками икры и батареями спиртного, но и представления не имел о тех кулинарных тонкостях, которыми владел новый знакомый.

Но сейчас давние мечты сбывались! Она сидела в кабинке с красивым и щедрым мужчиной, который был гораздо моложе Сурена и явно превосходил его в утончённости и галантности манер. Стоило ей допить джин, как обходительный спутник тут же заказал новую порцию. Значит, заметил, что горьковатый напиток с необычным привкусом ей понравился.

— Как жизнь семейная? — участливо поинтересовался Василий.

— Это точно, — Оксане хотелось, чтобы её пожалели. — Разве это жизнь, когда я вижу мужа несколько дней в месяц! А остальные дни сижу дома одна. Однажды даже попала в лапы лесбиянки…

— Да ну? — изумился Василий.

Две порции джина на голодный желудок сделали своё дело — девушка незаметно опьянела. Не очень сильно, но движения стали размашистыми, а голос — громким.

— Представьте себе! Жена командира моего мужа, между прочим! Ну, я, конечно, ничего ей не позволила и убежала, но всё же сам факт…

— Факт безобразный! — согласился кавалер.

— Спросите лучше у него, — обиженно бросила девушка. — Он помешан на своём поезде. Он живёт им, дышит им, готов всем пожертвовать ради него. Сегодня я поставила его перед выбором: я или этот поезд! И что, вы думаете, он выбрал?

— Конечно, вас! — неискренне сказал Мачо, но Оксана не заметила ошибки в интонации.

— А вот и нет! Он выбрал свой поезд! И уехал. Сейчас трясётся неизвестно куда…

— Так он проводник?

— Какой там проводник! Он офицер, ракетчик!

— Просто поразительно! А что ж это за поезд?

— Это…

Оксана вовремя сдержалась. То, что рассказал ей Александр, — военная тайна. Хоть она и пьяна, но не настолько, чтобы выбалтывать военные тайны малознакомому человеку.