Атомный поезд

Кудасов рекомендован руководством Красноярского полка МБР, он прошёл все виды тестирования, его личное дело безупречно.

— Не перекладывайте решение на чужие плечи! Ваше собственное мнение?

Майор помолчал. Но бесконечно молчать в такой ситуации было нельзя.

— Если бы решение принимал я, то поставил бы на старт Кудасова. Сравнение его показателей с показателями Белова говорит само за себя.

— А вы, Николай Тимофеевич, что скажете?

Тот задумчиво постукивал карандашом по столу.

— У отдела КР претензий к Кудасову нет.

А к Белову есть. Объективно Кудасов сильнее Белова. Хотя и стажёр. Если пуск пройдёт удачно, можно ускорить решение вопроса о его назначении начальником смены.

Теперь задумался Булатов. Наталья Игоревна очень хорошо характеризовала Кудасова. И вообще, выбирать приходилось из одного. Но всё же ставить к кнопке стажёра нельзя! В случае промаха с командира шкуру спустят! Впрочем, в случае промаха шкуру спустят и так и так…

Пауза затягивалась. Маслов и Кравинский терпеливо ждали. Наконец, Булатов принял соломоново решение.

— Я представлю парня на должность старшего оператора. За высокие показатели в учебно-боевой работе. А старшего оператора ставить к кнопке вполне допустимо!

— Согласен! — вполне искренне сказал Маслов.

— Нет возражений! — в унисон с ним произнёс Кравинский.

Они действительно так думали. И, выйдя из кабинета Булатова, обменялись мнениями:

— А шеф — голова!

— Да, умница. И дипломат, каких мало!

***Иса Хархоев жил в Тиходонске вполне легально: он имел прописку, квартиру и бизнес.

Торговля нефтепродуктами — престижный бизнес: вполне легальный и приносящий хороший доход. Бензин и солярку брали на родине почти даром, там этим занимался старший брат — Али Хархоев, перевезти стоило недорого — цистерны выделял двоюродный брат отца Хархоевых, он же цеплял их к товарным составам федеральных войск. С федералами приходилось делиться, но те довольствовались крохами со стола Хархоевых. Немного денег уходило на взятки и в Тиходонске — в основном за контроль качества да в налоговую инспекцию. За вычетом всех расходов доход составлял 200 процентов. Примерно треть, как и положено, отстёгивалось братьям по крови на войну, — это святая обязанность всех, кто делает бизнес за пределами республики. Остальное делилось между своими пропорционально вкладу каждого и степени уважения.

Правда, иногда какая-нибудь заправка затевалась отказываться от хархоевского топлива: не устраивало качество, да и цена казалась завышенной.