Атомный поезд

Александр размахнулся, метя в челюсть, но сильного удара не получилось — так, тычок, вскользь по жёсткой щетине.

— Глохот куным! — выругался тот и повис у Кудасова на шее, ногами пытаясь сделать подножку. Сильно воняло потом, перегаром и табаком. Схватив жилистую руку, Александр вывернул кисть, — это было почти всё, что он помнил из курса рукопашного боя. Но приём помог освободиться, резко повернувшись, он бросил противника на землю. Но тут набежали остальные, со всех сторон посыпались удары. Некоторые были несильными, некоторые тяжёлыми, грозящими сбить с ног.

Кудасов уворачивался и отбивался, но было ясно, что долго он не продержится.

— Что вы делаете! Милиция! На помощь! — изо всех сил кричала Оксана.

Собаки продолжали лаять, но было ясно, что никто не выйдет на тёмную улицу.

— Дайте мине эту суку! — золотозубый поднялся на ноги, в руке у него что-то блестело.

— Помогите, убивают! — надрывалась Оксана.

Раздался скрип тормозов, Кудасову почудилось, что на выручку пришёл патруль милиции.

Но это оказался огромный белый джип, милиция на таких не ездит, скорей всего — подоспели дружки нападающих. В отчаянии он с маху ударил кого-то в ухо и попал хорошо: тот отлетел в сторону и привалился к забору.

Из джипа вылезла огромная фигура и влезла в самую гущу драки.

Бац! Золотозубый побежал спиной вперёд и, с утробным стоном, опрокинулся навзничь. Бац! Согнулся и рухнул ничком его приятель. Бац! Растянулся на пыльной дороге третий…"

"Всё закончилось в один миг. Кудасов не мог поверить в столь чудесное спасение.

Оксана по инерции продолжала визжать.

— Успокойся, Барби! — раздался уверенный баритон из джипа. — Уже всё в порядке. Дядя Сурен подоспел вовремя!

Оглянувшись, Кудасов узнал сомнительного доброго дядюшку, устроившего им свадьбу. Вот дела, откуда он здесь взялся?

— Как ты здесь оказалась, Барби? — спросил Степан Григорьевич.

— Ой, Алик! Суренчик! — радостно закричала Оксана и тут же поправилась:

— Здравствуйте, Степан Григорьевич! Мы же здесь живём! Не прямо здесь, а в военном городке! Сашу сюда распределили!

— А, так ты с законным супругом! Я молодого мужа и не узнал…

— А вы что здесь делаете? — спросил Кудасов.

Он вновь испытывал двойственные чувства: с одной стороны, Степан Григорьевич их спас, с другой — этот человек был ему неприятен. В значительной мере теми непонятными отношениями, которые связывали его с Оксаной.

— А я поднимаю на ноги российскую глубинку, — засмеялся тот.