Атомный поезд

Офицер для особых поручений нырнул в щель, морпехи последовали за ним, а «атташе по культуре» остался, не зная, что лучше: пробираться по щелеобразной улице с тремя вполне боеспособными спутниками или в одиночестве бродить в районе, где весьма велика вероятность стать жертвой похищения.

За узкой улочкой многие люди, хотя и выглядели как арабы, тем не менее говорили… по-русски! Это был чеченский квартал, и в последние годы местную диаспору сильно разбавили выходцы из Чечни.

Мачо подзабыл дорогу, ему пришлось спросить Салима, и чернявый мальчишка показал ему нужный дом, как сделал бы это в Гудермесе, Ножай-Юрте или Аргуне.

— Стойте по обе стороны двора, — проинструктировал Мачо спутников. — Будьте готовы к действию. Сигнал: выстрел, или крик, или шум. Или если я не выйду в течение сорока минут. Думаю, всё обойдётся.

Последнюю фразу он сказал для порядка. Когда имеешь дело с Салимом, никогда нельзя предполагать что-то наверняка.

На стук в глухую калитку вышел худощавый жилистый мужчина в просторных шароварах и с голым торсом, что в общем-то не принято в арабском мире.

— Салам! — сказал Мачо и дружески улыбнулся.

— Салам! — ответил хозяин и, молча повернувшись, вошёл во двор. Мачо последовал за ним и сам притворил за собой калитку. Осторожно, так чтобы язычок замка не защёлкнулся.

Они уселись за стол посередине мощёного двора, под навесом, укрывающим от палящих солнечных лучей. Во дворе шумно играли трое мальчиков лет семи-десяти.

— Непривычно видеть тебя без рубашки, — начал ни к чему не обязывающий разговор Мачо. Обычно Салим ходил в просторной одежде, под которой скрывались несколько килограммов мощнейшей пластиковой взрывчатки «Г-9». Какие-то проводки были выведены в карманы, а иногда торчали из-под воротника. Поэтому общаться с ним всегда было крайне тревожно, чтобы не сказать страшно.

— Я же дома… — пробурчал Салим.

Хозяин поднял руку, и через несколько минут закутанная в чадру женщина принесла пиалы, два чайника с терпким зелёным чаем и обязательные сладости. Обряд гостеприимства был выполнен, и теперь следовало переходить к делу.

— Давно не виделись, Салим! — сказал нейтральную фразу Мачо и улыбнулся обязательной и ничего не значащей улыбкой.