Аш. Пепел Ада

***.

Мне казалось я падаю, ноги сводило судорогой, спина словно разламывалась на части. Я стерла ладони до волдырей и уже не могла держать поводья в руках. От слабости пересохло во рту. Когда я в очередной раз уронила поводья и пошатнулась в седле, кто-то схватил Люцифера под уздцы, и конь остановился как вкопанный.

Аш склонился ко мне и сердце снова забилось быстрее. Уже привычная реакция на его близость, но это не страх.

— Привыкай к седлу. У нас кочевой образ жизни и большую часть времени я провожу в дороге. Тебе придется учиться выдерживать мой ритм или упасть под ноги коня и тебя затопчут.

Оранжевые зрачки ровно полыхали пламенем, не обжигая и не пронзая насквозь, скорее ожидая реакцию. Я выпрямилась, стараясь держаться изо всех сил. Под копыта Люцифера совсем не хотелось, я видела, как его золотые подковы высекают огненные искры.

— Возьми поводья и следуй за мной с тобой хотят поговорить.

Я прикусила нижнюю губу, чтобы не застонать, когда кожаные ремни вновь коснулись израненных ладоней.

— Никогда не был лекарем, — сказал совершенно серьезно и обмотал мои ладони в несколько слоев такими же кожанами лентами, как и его собственные, завязал своеобразные бинты на запястьях.

— Так лучше.

Я последовала за ним, а точнее Люцифер покорно пошел следом, когда Аш дернул его за узду и издал странный звук, на который конь отреагировал как на манок.

Только сейчас я заметила старика в белых одеждах, он сливался с туманом, постепенно окутывающим нас, как полупрозрачной стеной, словно сотканный из той же субстанции. Как призрак. Когда он посмотрел на меня, внутри что-то щелкнуло, а по телу прошла волна электрического тока, который пронизал меня с ног до головы.

— Как ты назвал свою рабыню, Абигор? — старик сверлил меня взглядом, не отпуская не на секунду.

— Шели, — Аш повернулся к наставнику, — объясни ей как найти камень, а мы пока исследуем местность впереди и двинемся дальше.

Я не хотела оставаться наедине с этим стариком. Он пугал меня, потому что пытался проникнуть мне в мозги, втиснуться в сознание. Его взгляд, как стальной клинок, впивался в кожу и колол ее, отыскивая слабое место.