Артефактор под прикрытием

М-да… пока я работала, напиток безнадёжно остыл и потерял половину вкуса. Пожалуй, эти помои лучше вылить и заварить новый чай. Или попросить Джареда сварить нам кофе.

— Что касается нашей «милой» и «перепуганной» гостьи, — начал оборотень, пододвинув свой стул ближе к моему столу, — думаю, вы и сами уже поняли, что на вас открыли охоту.

— Да, и то, что идти в «Изумрудную леди» — это самоубийство, я тоже сразу поняла.

— Рад это слышать, — устало улыбнулся двуликий, — я боялся, что вы будете настаивать на личном участии в этой операции.

— Мистер Сольвэнга! — от возмущения я едва не выронила чашку с холодным чаем.

Нет, ну это перебор! Да там дураку было ясно, что меня заманивают в смертельно опасную ловушку.

— Я не хотел вас обидеть! — рассмеялся Джаред, примирительно подняв руки вверх. — Поверьте, я знаю много случаев, когда агенты впадали в состояние охотничьего куража и теряли способность трезво оценивать степень опасности. И, к сожалению, от этого никто не застрахован.

От этого неожиданного признания по телу разлилось приятное тепло, а губы непроизвольно растянулись в глупой, но абсолютно искренней улыбке. За последние годы я слишком отвыкла от простых человеческих отношений и забыла, каково это, когда о тебе заботятся и переживают.

И это было по-настоящему страшно. Я всё время маниакально пыталась усовершенствовать свои импланты и вернуть нормальную чувствительность левой руке.

Я верила, что как только полностью восстановлю своё тело, то смогу вновь ощутить себя обычным человеком. Но, нет, не ощутила бы. И только сейчас я поняла, как тогда ошибалась."

"Работа с Джаредом заставила меня вылезти из кокона, в который я спряталась после взрыва. Я замкнулась в себе, перестала кому-либо верить, бежала от своего прошлого, от боли и страхов… а сейчас… сейчас я словно начала жить заново… и это было странно, непривычно, и, пожалуй, даже немного пугающе, но в тоже время до безумия приятно.

Ведь именно эти противоречивые чувства заставляли меня ощущать себя обычным человеком.

— Спасибо, — тихонько сказала я, умудрившись при этом предательски покраснеть.

Проклятье! От широченной радостной улыбки, осветившей лицо оборотня, огнём запылали не только щёки, но и уши.