Артефактор под прикрытием

Эх… такого подвоха от судьбы и Джареда я не ожидала.

Во имя Старых Богов, ну, что же он такое задумал и почему не посчитал нужным рассказать мне о своих планах? Мы ведь напарники, в конце-то концов. Или он был уверен, что я не одобрю его затею?

Проклятье!

К возмущению и негодованию присоединилось искреннее волнение за оборотня… И ведь даже ни у кого не спросишь, где он. Вернее, спросить-то можно, только никто не ответит. Как жаль, что я не могу подключить Варди к схеме лоусонского отделения и отследить перемещения Джареда…

Словно услышав мои мысли, Хранитель подполз ближе и поскрёб лапками по бумагам, лежащим на полу.

— Прости, я снова отвлеклась, — сказала я, легонько погладив паучка по спинке, — давай продолжим.

Допрос давался тяжело не только мне. Демонстрация перемещения подозреваемых по клубу отнимала у Варди слишком много энергии и, судя по тому, что качество создаваемых им иллюзий стремительно ухудшалось, паучка нужно было отсоединять от схемы и ставить на подзарядку.

— Ещё немного, — прошептала я, — давай закончим с Лериком и Лексом.

Варди уполз обратно и над лабораторией вновь возникли иллюзорные Штольдман и Озерри.

Вопреки моим расчетам и ожиданиям, Леррик впервые посетил клуб «Двуликие короли» три месяца назад. Причём в этот же день он спустился в лабораторию и пробыл там около часа. Для внедрения имплантов — слишком мало, а вот для первичного обследования — в самый раз. Значит, операцию по внедрению имплантов ему выполняли в другом месте.

Затем, в течение двух месяцев он посещал лабораторию пять раз, находясь в подвале не более двадцати минут.

Последний раз он спустился в подвал за восемьдесят восемь часов до того, как туда ворвался Джаред.

— Выходит, примерное время смерти Саймон определил верно, — сказала я, бегло сверившись с записями судмедэксперта.

«Отсутствуют следы мышечного окоченения[6]…», «…предположительно от момента смерти прошло более трёх суток…»

Это полностью подтверждало теорию, что мистер Озерри направился в клуб сразу после ссоры с племянником. И умер в тот же вечер.

— Покажи мне всех, кто заходил в лабораторию за восемьдесят восемь часов до полицейского налёта.

Час, два, десять, двадцать… Паук стремительно отматывал часы, а я всё больше терялась в своих догадках.