Артефакты Древнего

Бой отодвинулся подальше от нас, и я решил попробовать договориться ещё раз. Мне нужны её связи. — Понял, как у вас принято вести дела, но у меня, — я протянул ей бумаги, — другое предложение, мирное и взаимовыгодное.

Шальная поморщилась, вздохнула и, не вставая на ноги, взяла бумаги. Не успел я и слова молвить, как её глаза блеснули хитринкой, и она произнесла:

— Хорошо, я подумаю.

— Женщина, да что с тобой не так? — моё терпение дало сбой, и я взмахнул руками. — Я тебя спас, предлагаю территорию Повара, эксклюзивные артефакты, а ты нос воротишь.

— Настоящая женщина не соглашается с первого раза, — криво ухмыльнулась Шальная и поморщилась от боли.

— Тогда я, как настоящий мужчина, дважды предлагать не буду.

Мне надоело. Честное слово, сколько можно? Заберу бумаги, сама потом придёт, её знатно потрепало. Даже не знаю, жив ли кто-то из её гвардии.

Судя по выстрелам, они ещё бьются, да, но надолго ли их хватит?

Я потянулся за документами и она, посмотрев на меня, рассмеялась.

— Хорошо, хорошо, — проговорила она сквозь смех, и махнула бумагами, — уговорил, я согласна. Только скажи, как настоящий мужчина поступит с ним?

Её взгляд метнулся мне за спину, и я обернулся.

Из-за угла вышел и направился к нам ещё один боец в городском камуфляже. Вместо автомата он сжимал рукоять меча кописа, с лезвия которого капала кровь. А от самого грека распространялась аура бакалавра.

Глава 5

Глянул на его ауру. Вернее не ауру, а её на насыщенность стихиями и энергиями.

Увидел все четыре стихии магическим зрением. Из-за того, что грек только что пользовался магией, причём интенсивно, его каналы открылись и напряглись по максимуму, и я смог заметить, как по ним текут элементы стихий и энергий. Довольно вяло текут, надо сказать. Значит его резерв, как минимум, на половину пуст.

Что ж, это лучше, чем у меня. Моих сил осталось только на одно заклинание, и то в стихии воды.

— Умри, но её отсюда вытащи, — приказал я Коле и шагнул навстречу греку. — Уходи, кто бы ты ни был, это моя женщина. Она под моей защитой.

— Медленней говори, — с сильным акцентом произнёс грек, а на его лице заиграла неприятная улыбка.

Он явно понимал наше положение, что мы истощены боем, и наслаждался этим.