Арса (СИ)

До сумерек оставалось всего ничего, а в домах, угрюмо темневших на фоне короткого ноябрьского дня, ни зажглось ни одного огонька. Мороз на улице все крепчал, но трубы в домах оставались холодными и мертвыми. Их нутро не исторгло ни единой струйки дыма.

Людота открыл рот, чтобы что-то сказать, но его перебил такой горестный женский плач, что спорщики тут же бросились туда, где остались дедушка, раненный хазарин, и Любава.

Они застали душераздирающую картину. Женщина билась над телом умершего хазарина, уставший дед сидел с поникшей головой.

На улице совсем стемнело. Ветер выл, как бы вторя женщине, и методично хлопал незапертой дверью.

Звук ветра заставил Добрита встрепенуться. Поглядев на вошедших в комнату Людоту и Владину, он спросил:

-Через сколько часов они придут? Борясь за жизнь Сакела, я совсем забыл об опасности.

-Сейчас часов семь, - задумчиво проговорил Людота, посмотрев в окно, - значит часа через четыре, не раньше! Не ахти сколько времени, но надо постараться справиться.

В комнате заметно похолодало. Влада поежилась и запахнула покрепче шубу.  Любава подняла голову и как будто в первый раз увидела тех, кто ее окружал. Через несколько минут взгляд женщины приобрел осмысленность.

Наконец она прошептала:

-Расскажите мне все! Я приму любую правду, только не говорите, если моя девочка погибла.

Влада прижалась к деду

-Дедушка, она от горя потеряла разум!

-Нет,- садясь возле Любавы, отмахнулся от слов внучки Добрит,-здесь что-то другое!

Что у тебя на душе, добрая женщина? Не таись, расскажи нам!?

-Что случилось с моей дочерью? Что произошло с Багнилкой? - закричала вдруг Любава, - кто вы такие? Откуда на вашей девочке одежда, которую должны были передать Багнилке, если со мной что-то случится?!

Владина подбежала к Любаве"

"-Жива, жива твоя дочь! Я спасла ее от русалок и водяного, за это позволил мне Багник переждать опасность в его подземном дворце.