Запасная дочь

Надеюсь, они не заставят меня ждать их у вас дома слишком долго?

— Ах, ваше высочество, Дани такая соня и копуша, я боюсь что-то обещать! Она постоянно хочет спать и всюду опаздывает!

— В таком случае, — голосом принца можно было морозить воду, — вы проследите, чтобы она сегодня отправилась отдыхать сразу, как вы вернётесь домой. Надеюсь встретить завтра тьеру Даниэль в хорошем настроении!

И наследник ушёл, оставив графиню ловить ртом воздух.

Никогда ещё Шарлота, графиня де Маритт, не чувствовала себя так противоречиво.

С одной стороны, его высочество обратил внимание на Альбертину и, как матери и мечталось, её любимица проведёт этот Сезон рядом с принцем! А там, глядишь, сбудется ещё одна, уже более смелая, мечта.

С другой стороны, наследник престола будет ухаживать за Берти вынужденно, всего лишь подчинившись условию. И кто знает, чем эти ухаживания закончатся? В довершение всего, младшая дочь посмела проявить самостоятельность и непослушание. Ещё и продемонстрировала уровень своей магии, что совершенно не входило в планы её родителей.

Паршивка Дани, что устроила, а? И как только у неё хватило наглости и совести?!

Руки чесались отвесить ослушнице оплеуху и посадить её на неделю на хлеб и воду.

Но…

Приказ короля! И принц недвусмысленно дал понять, что запрещает наказывать младшую тьеру. Более того, можно считать, что он велел оставить девушку в покое.

Неслыханно, ведь она мать и имеет право… Да что там право? Воспитывать непослушную дочь — её обязанность!

Графиня запыхтела от возмущения, но позади их экипажа уже стоял следующий, ожидая, когда ему уступят место. И вот-вот появятся его владельцы, а кто там знает, кем они могут оказаться? Кажется, на дверцах кареты виднеется герб? Жаль, что невозможно рассмотреть, может быть, экипаж принадлежит какому-нибудь барону? Тогда незачем спешить, подождут, не переломятся.

Но если это карета герцога или маркиза? Неприятности ей не нужны — на кону судьба Альбертины!

И Шарлота поспешила занять место рядом со старшей дочерью.

Кучер тут же щёлкнул вожжами, застоявшиеся лошади взяли с места крупной рысью.

До особняка ехали в молчании.