Артефактор. Книга 2. Око василиска

Я проверил их связь и, поразмыслив, кинул нить Давыдовой. В случае чего она сможет дать сигнал. Княжна удивлённо распахнула глаза:

— Я их чувствую… И они радуются! Как прелестно, спасибо!

— Только не забывайте…

— Что это оружие, да. Я запомнила. Не беспокойтесь, граф, я не стану относиться к ним, как к милым игрушкам. Это удивительные создания. Благодарю за ваше доверие, — девушка присела в книксене.

— Спокойной ночи, ваша светлость, — я поклонился улыбаясь.

— Спокойной ночи, ваше сиятельство, — поддержала княжна мой шутливый тон.

Оставив их развлекаться дальше под присмотром Давыдовой, я отправился спать. Всё шло, как и задумано. Даже лучше, я бы сказал. От этого на душе пели какие-то птички, а с лица упорно не сходила улыбка.

Собираясь не менее хорошо провести следующий день, я уснул.

* * *Проснулся я резко, меня выдернуло из глубокого сна сигналом охранной сети периметра. Вторжение! Двое, судя по точкам проникновения.

И такой фон магии смерти, что время на умывание я тратить не стал. Защиту пытались взломать тёмной силой.

Быстро натянул штаны, накинул сверху рубашку и побежал вниз.

Какого чёрта! У кого хватило ума влезть ко мне?

Ни Новгородский, ни его люди точно не осмелились бы.

Сигнал исходил из той части сада, что прилегала к соседям. Они давно не жили в столице, и особняк пустовал, лишь один сторож следил за порядком.

От питомцев тоже пришла связь — они злились и готовы были разорвать на части непрошенных гостей. Я поторопился, лёгкой трусцой добежав до места.

Нарушителей действительно было двое.

А судя по трупу, он не просто убить меня хотел, но перед этим пытать, причём для удовольствия.

Я брезгливо поморщился и перевёл взгляд на живого.

Этот явно вовремя испугался за свою жизнь и передумал мне вредить. Но ходить бедолага больше не сможет. Обострённые от адреналина чувства позволили мне ощутить, что больно ему почти везде, кроме как ниже пояса.

Можно сказать, мальчишка, моего нынешнего возраста, не больше. Вот только на лице отпечаток не лучших юных лет. Ожесточённое, со злыми морщинами на лбу — он постоянно хмурился, что оставило след уже сейчас.

Львы стояли поблизости — шерсть дыбом, глаза пылают, а из пасти исходит пар. Гаргулья кружила сверху и угрожающе то ли каркала, то ли клокотала.