Архивная ведьма

 – Фредерик Рейн – глава моей личной службы безопасности.

– О, – вежливо отозвалась я, поскольку заметила, с каким напряженным вниманием этот самый Фредерик ждет от меня реакции на это известие. Мило улыбнулась ему и прощебетала: – Очень приятно познакомиться.

В комнате после этого повисла какая-то вязкая, неприятная тишина. Фредерик продолжал дуться, а король с каким-то веселым недоумением разглядывал меня.

Спрашивается, и что опять я не так сделала? Или мне на колени надо было бухнуться перед этим типом? Глава службы безопасности – это вообще кто? Телохранитель какой-то, что ли?

Но, пожалуй, уточнять я не буду.

– Надеюсь, теперь вы поняли, что я никакая не шпионка, – поторопилась я прервать слишком затянувшуюся паузу. Обратилась к Фредерику: – Простите, пожалуйста, что подслушивала вас. Честное слово, я не хотела! И больше так не буду.

– Хотелось бы верить, – буркнул тот.

– Уж не в пыточной ли? – Я слабо усмехнулась, пытаясь шуткой хоть немного улучшить настроение этому типу. – Помнится, Георг как раз туда хотел меня отправить сегодня утром.

Правда, тут же поперхнулась, когда Фредерик одарил меня настолько свирепым взглядом, что язык сам собою прилип к нёбу.

– Вы удивительно догадливы, госпожа Оливия Ройс, – холодно проговорил он. – Но любопытно, а чем Георгу-то вы успели насолить? Добрее человека я в жизни не встречал.

– Это связано с теми рыцарскими доспехами, – поторопился сказать король. – Я потом тебе все объясню, дружище. Без Оливии. А то, услышав эту историю, боюсь, ты точно отправишь ее в пыточную.

– Безмерно заинтригован, ваше величество, – отчеканил Фредерик, буравя меня злым подозрительным взглядом.

– Ну хватит! – Король, поморщившись, встал так, чтобы загородить меня от Фредерика, и я с небывалым облегчением вздохнула.

Такое чувство, будто этот тип мне в горло вцепиться готов. А за что? Неужели его настолько обидело мое признание в том, что я не знаю его имени? Пусть в таком случае великодушно простит меня за сие печальное обстоятельство.

– Хватит, – уже мягче повторил Рауль. – Дружище, я, конечно, понимаю, что ты дуешься на Оливию.