Армагеддон: Омнибус

Болебосс сердито фыркнул, а затем что-то рявкнул в тёмный угол подземного зала. Стены помещения были из осыпавшегося рокрита, свисавшая с потрескавшихся панелей штукатурка напоминала содранную белую шкуру какого-то левиафана.

Из теней выбежал мелкий зелёнокожий в грязном хирургическом халате до пола и в маске на лице, которая ничуть не скрывала большой крючковатый нос и уши, как у летучей мыши. В руках он держал инструмент, мало чем отличавшийся от больших пассатижей. Болебосс выхватил их у невольного помощника и швырнул в завопившего от страха грота.

Плоскогубцы пролетели над головой гретчина. Существо замерло, дрожа на месте и нервно вытирая руки о грязный подол фартука.

Болебосс что-то раздражённо бросил ему. Потом добавил ещё на примитивном языке своего вида и когда грот дисциплинированно повернулся, чтобы уйти, жестоко пнул металлическим ботинком. Гретчин полетел в прерывистую темноту, вопя от боли.

В мерцающем свете плохо работающих люминесцентных сфер Урглук рассматривал лежавшую перед ним мощную фигуру.

Бледные натриевые лучи падали на выцветшие зелёные и красные пятна на хирургическом столе, мокрые осколки и лужи масла на полу, наглядно подтверждавшие какой великой работой он здесь занимался.

Почти всё тело болебосса было им же самим сделано и механически улучшено, но оно не шло ни в какое сравнение с гигантом, что лежал на стальном столе. Тот был, по крайней мере, на добрых две головы выше Урглука, и столь широк в тяжело аугметированных плечах, как ломовой сквиг.

Когда болебосс притащил вожака в своё тайное логово в зловонных джунглях, тот представлял собой месиво. Убежище построили не орки, они просто заняли его. Прежние владельцы стали первыми, кому повезло испытать на себе уникальные “экскременты” Урглука, хотя никто из них их не пережил. Людишки были жалкими и слабыми и имели привычку легко ломаться в отличие от грубых и живучих парней его вида.

Но теперь у него был вожак, которому повезло насладиться вниманием самого печально известного и знаменитого болебосса в многочисленных племенах Газкулла Траки, которые вторглись на человеческую планету.

Не вина Гурлага, что большинство из этих племён не понимали или не ценили его биологические и технические достижения.

Это не имело значения. Он был доком такой славы, что собрал вокруг себя собственную свиту. Гретчины-рабы постоянно доводили его до белого каления, но они были необходимым злом для успешного завершения работы.